— Лист, переключись на мелочь! Урод мой! — Ласка пригнувшись к гриве коня мчалась навстречу твари выхватив свой прямой цзянь.

Залюбовавшись идеальными движениями девушки я чуть не пропустил момент когда в меня попытались воткнуть деревянные вилы. Скатившись с коня, я рефлекторно откатился в сторону, а моя коняга не останавливаясь помчалась дальше. В детстве я всегда читал, что кавалерия царица полей и всадник всегда опаснее пешего, но лично я лучше бьюсь на своих ногах.

В следующее мгновение мне оставалось только кружиться уходя от атак нескольких тварей. Боги! Как же от них воняло! Создавалось впечатление, что их создал какой-то злой выдумщик. Казалось их уродствам и изъянам нет числа. С яростью росомахи на меня набросилась женщина? Или может ее надо назвать самкой? Является ли это человеком?

Жалкое подобие одежды скрывало множество язв по телу густо заросшему короткой шерстью. Руки, местами покрытые хитином, были с лишним суставом и без устали атаковали меня топором, нанося удары из таких немыслимых положений, что я едва успевал уклоняться. Единственный глаз посреди лба смотрящий на меня с ненавистью, сочился жидким зеленоватым гноем.

“Хватит убегать! Либо ты убьешь их, либо они убьют тебя и твоих ручных черепашек! Среди них двое шангару! Покажи силу нашей крови!”

Не знаю вопль ли предка или что-то еще, но в моей голове словно произошел щелчок. Я снова был на ринге и на кону стоял мой пояс и моя жизнь. Я никогда не отдам своего!

Скользящий шаг и топор летит мимо меня. Крутануть кисть. Тяжелое лезвие дао рассекает грудную клетку твари застревая в ребрах. Пинок в живот и заливая желтоватой кровью все вокруг тварь улетела в толпу, мешая остальным уродцам напасть на меня. По моему позвоночнику прокатилась уже знакомая холодная волна. Первый оскверненный готов, а я чувствовал себя полным сил.

Голодные духи кружили вокруг меня. Они шептали мне, они говорили — мы рядом. Отдай их жизни нам, а мы дадим тебе силу. Убей их. Убей.

Сабля в моей руке словно обрела собственную жизнь. Десятки спаррингов с бойцами морской стражи не прошли даром, да против мастеров мне не выстоять и минуты, но твари пусть и живучие оказались мне по силами. Не прошло и минуту как я оказался забрызганным кровью уродцев по самую макушку.

Дао танцевал, его тяжелое лезвие пробивало и дерево их жалкого оружия и мутировавшую плоть и необычайно крепкие кости. Я помнил наставления Лягушонка и атаковал из любой позиции. Каждый мой шаг сопровождался очередным ударом. Никаких тебе фехтовальных изысков с кистевыми финтами, только грубая, жесткая рубка от локтя.