Если честно, мой оппонент совсем не впечатлял. Да, крепкий дядька, да большой, но в то же время полноватый. Габаритами он не уступал покойному Борову, но его добродушный и какой-то слегка простецкий внешний вид не могли заставить воспринимать его как серьезного бойца. И это была основная ошибка всех новичков — судить своего оппонента по внешнему виду.
Но все же этот пухляш выглядел настолько плюшевым, что не умей я читать эмоции, возможно бы и сам обманулся этой внешней непритязательностью. Этот улыбчивый здоровяк испускал такую чудовищную уверенность в своих силах, что она заставляла волосы на моем затылке шевелиться, внушая подсознательный страх, что я сильно переоценил свои силы.
Глядя ему в глаза, я понимал, что он знал меня, он видел, как я работаю против одиннадцати горцев в подворотне, и в нем все равно не было опасения, а только незыблемая убежденность в своей победе.
Теперь же в моем мозгу отчетливо вырисовалось впечатление о нем, как об очень опасном противнике. А учитывая то, что работать мы будем без защиты, фактически, голыми руками, то я бы даже сказалсмертельно опасном противнике.
Стоя по разным углам клетки, мы без тени враждебности рассматривали друг друга. Ни один из нас не испытывал к другому злобы и не желал причинять боль. Просто сегодня так совпало, что нам предстоит заниматься именно этим.
Где-то сбоку закрылись сетчатые двери и щелкнули железные запоры. Теперь отсюда должен выйти только один из нас.
Гонг!
Глава 16
После сигнала к началу поединка, мы не кинулись друг на друга сломя голову. Мы стали осторожно сближаться, кружа по канвасу, то сближаясь, то расходясь в стороны. Каждый осторожничал, не рискуя нарваться на жесткий и молниеносный отпор. Вот только здоровяк не мог знать, что я вовсе не буду таким резким, как на видео, которое Серб принес Цыпину, пока не сделаю ему очень больно. А я прекрасно понимал, что всего одна ошибка, и меня отсюда будут уносить, потому что между нашими весовыми категориями лежит пропасть длинной в экватор.
Толпа разочарованно завыла, ведь обуявшая их жажда крови требовала немедленного действия. Они пришли в эту пародию на Колизей не для того, чтобы смотреть, как бойцы осторожно прощупывают друг друга, они пришли сюда за безудержной и жестокой рубкой. Они пришли на «Бойню».
Вот амбал сделал короткий подшаг и нанес удар с дальней ноги. Я увернулся без особых проблем, потому что прекрасно прочел намерение противника, но та скорость, с которой мимо моего уха просвистела классическая маваши-гери, ввергла меня в настоящее уныние. Этот, с виду, добряк, ногами умел работать просто феноменально. Они порхали у него с легкостью балерины и стремительностью кобры.