«Внимание, зафиксировано внешнее воздействие. Внимание, воздействие перехвачено и перемещено в карантинный бокс для анализа…»

Какого черта⁈

Пока я недоумевала, а у меня перед глазами вспыхивали и гасли сообщения, князь протянул Саше тонкую папку с бумагами.

— Ознакомься и подпиши.

Нахмурившись и явно заподозрив князя в некоем злом умысле, тем не менее Сашка взял документы и начал внимательно их читать. Попыталась хотя бы скосить глаза в ту сторону, но увы, у меня ничего не вышло — пауза между онемением и освобождением была слишком короткой, а перед глазами уже рябило от однотипных сообщений.

Нет, я уже догадалась, что на меня воздействуют. Но кто и чем? Это… Паралич?

Советник, анализ воздействия!

«Секунду…» — отозвался мой невидимый помощник и в итоге прошло пять, когда он пробился сквозь новые сообщения системы, сообщив: — «Чистое магическое воздействие кинетического спектра. Цель программы — полное обездвиживание объекта».

Вот же… твари! Теперь понятно, зачем они тоже тут! Но какой в этом смысл? Я имею в виду глобально. Ну сижу я на попе ровно. А дальше что? Или это лишь начало?

Сумев скосить глаза на Гордея, вдруг отметила, что мужчина выглядит бледно и по его вискам катится пот. Пока это заметила лишь я, да и он сам. Князь сосредоточился на Саше, Глафира пристально наблюдает за мной, а вот Гордей… Кажется, не справляется. Ещё бы! Ведь я перехватываю каждый его импульс и ему приходится воздействовать на меня снова и снова, прикладывая всё больше усилий. Ха! Так тебе, гад!

Искренне радуясь, что программа-перехватчик способна нивелировать и воздействие кинетических волн, которые тоже при контакте со мной превращаются в программный код и удаляются в карантин, пока не стала говорить об этом Саше, предпочтя поинтересоваться, что же там такого интересного написано в документах.

Меня же сейчас любопытство сгрызет!

«Ничего интересного», — отписался братишка. — «Меня всего лишь хотят взять в рабство служения».

Закончив читать, Саша закрыл папку и внимательно посмотрел на обманчиво расслабленного князя, которого выдавал напряженный взгляд.

— Ваша светлость, мне казалось, в прошлую нашу встречу мы решили этот вопрос. Я отказался, а вы согласились с моим решением. Что изменилось?

— Я дал тебе время подумать, — нагло заявил Оболенский. — От таких предложений не отказываются, Александр.

— И всё же позвольте сказать вам «нет», — ровно произнес братишка, откладывая на столик и папку, после чего поднялся на ноги. — Я свободный гражданин Российской империи и приказывать мне вправе лишь император. Не вы. Мы уходим.