Сердце Зигмунда начинает биться в два раза быстрее. Он стреляет, но пуля проходит сквозь призрачный силуэт. Да как так⁈ Неужели дар хамелеона? Раз так, то с ним нужно сражаться холодным оружием.

Подумав об этом, Зигмунд потянулся к висящему на поясе клинку.

Мужчина заносит молот над головой. И раздавливает им человека из отряда Зигмунда, точно букашку. Тот не успел издать ни звука.

Командир «Призраков» дрожит, не в силах осознать случившееся. Его людей убивают, одного за другим, у него на глазах, а он не в силах помешать врагам! Не можем даже предугадать, на кого нападут следующим! А что, если… на него?

Зигмунд понимает, что их нашли, чтобы убить. И выход есть только один — сразиться с врагом, все же у Зигмунда ранг ветерана, и он не просто так стал главой этого отряда. Он десятилетиями тренировался, чтобы сегодня дать отпор и попробовать спасти своих людей. Черт… Снова рядом с ним раздались предсмертные хрипы.

Только почему его ноги не слушаются, даже чтобы сделать шаг? Что происходит⁈ Нет, дело вовсе не в страхе.

Над ухом кто-то шепчет:

— Не рыпайся. Ты уже мертв.

В этот момент Зигмунд забыл, как дышать. А тело продолжало не слушаться.

И когда его голова падала с плеч, Зигмунд понимал, что он уже мертв. Всего на мгновение он ощутил дикую боль перед тем, как наступила спасительная тишина.

* * *

Всё, что хотел здесь, я увидел. И с князем лично смог переговорить сегодня в обед. Наша беседа затянулась на несколько часов. Но я лишь убедился, что князь действительно старается что-то сделать для своего княжества и страны. Но все упирается в то, что другие аристократы объединяются и в открытую противостоят ему.

Смерть моего отца изменила многое, в том числе оставила империю без жесткого контроля. Аристократы стали слишком многое себе позволять. Если раньше дворян могли сдерживать государственные служащие, то теперь они сами стали переходить на службу к аристократам. Им предлагают хорошие условия и деньги, а последствий никаких нет, и это меня очень печалит. Это будет одна из первых задач, с которой я разберусь, когда стану императором.

Теперь на севере повсюду звучат лозунги, что север принадлежит имперцам, а Эльбруки таковыми не совсем являются. Они хоть и княжеский род, который официально имеет полномочия на этих землях, но в их жилах течет кровь севера, и все об этом помнят. Иронично, прибывшие из других мест аристократы оказались верными своей стране, в отличие от многих других дворян.

До них не дошла та гниль, что распространяется по всей империи. Та, что уничтожает целые родовые деревья. И как бы мне не было больно на это смотреть, этот факт приходится принимать. Скоро в империи многое изменится. Некоторые родовые деревья придется вырвать с корнем, чтобы остановить распространение этой заразы, а вместо них посадить новые саженцы, и тогда, в будущем, они дадут свои плоды.