— У тебя что-то срочное? — спрашиваю я у неё.

А в иных случаях она столь внезапно не появляется и предпочитает заходить через дверь. За годы служения мне я успел выучить все ее привычки, как в бою, так и в повседневной жизни.

— Да, ваша сестра просила передать, чтобы вы не появлялись на завтрашней пресс-конференции. Там вас будет ждать ловушка.

Алина выглядела взволнованной, она тяжело дышала, переживая за меня.

— А по-другому быть и не может, — спокойно отвечаю я.

Меньшего от своих братьев я и не ожидал. Даже наоборот, я бы удивился, если бы подставы не было.

— Что же делать? — задумалась Алина, явно про себя рассуждая, кого же я прикажу убить.

Но такого в моих планах не было, пока что.

— Пойду на конференцию. Мне даже интересно, до чего додумались мои братья.

Девушка посмотрела на меня широко распахнутыми глазами.

— Господин, вы всегда идете навстречу опасности. Вот даже меня вы воспитали, как убийцу, а я так не могу…

— Стоп. У тебя в жизни было много выборов, и ты всегда сама выбирала путь убийцы.

— Ну да, — щеки Алины покраснели. — Нравится мне это дело. А ещё шоппинг!

Вздыхаю. Снова она про этот чертов шоппинг.

— Но, господин, я каждый раз удивляюсь, как вы находите выход из подобных ситуаций. На вашем месте я бы на эту встречу не пошла, — признается девушка.

Забавно выходит — она не боится подкрадываться к самым опытным убийцам посреди ночи, но остерегается обычной подставы, где навряд ли будет риск для жизни из-за большого сборища людей. Хотя последнее нельзя отрицать наверняка.

— И пропустила бы самое интересное, — говорю я и встаю с кресла.

— Но я не пропущу, — она хитро улыбается.

Парадокс, одна она бы не пошла, но зато рядом со мной чувствует себя в полной безопасности.

Я отпускаю Алину на отдых. Хватит на сегодня работы, и для меня, и для неё. Надо хорошо выспаться перед завтрашней пресс-конференцией. А то будет нехорошо, если я попаду в новости с мешками под глазами.

Когда я в первый раз стал императором, в свои шестнадцать лет, тогда и познал всю боль. Жизнь научила меня смотреть в лицо опасности, ведь если повернуться к ней спиной, то обязательно жди удара в спину. Так происходит и сейчас, если я не пойду на пресс-конференцию, то будет только хуже.

А еще пострадает мое самолюбие и потом буду страдать от интереса. А так хоть узнаю, что они там придумали.

В одной из своих прошлых жизней я и вовсе был долгожителем. Прожил целых сто восемьдесят лет, из которых восемьдесят провел в рабстве на гладиаторской арене. Это во многом и закалило меня. Там не было возможности ни сбежать, ни выкупить себя из рабства. Был лишь один способ обрести свободу. Побеждать, а с каждой победой выставляли более опытного противника. Но один гладиатор справился. В свои девяносто лет я одержал последнюю победу и вышел с арены не только свободным, но и богатым человеком. Потому что мои друзья на свободе всегда ставили на меня и побеждали, а за долгие годы там накопилась огромная сумма.