Я мысленно согласился, у самого такие мысли проскальзывали. Не разорваться мне, чтоб везде успеть, а вот пакость какую-то в защиту можно добавить.

Комаро исчез с несвойственной богам тактичностью, а вот девицы даже осмелели, заметив мутную плёнку вокруг.

Что я могу сказать, молодое восемнадцатилетнее тело да с опытом трёхсотлетнего — это лучше, чем наоборот. Девушки расставались с невинностью со вкусом и с удовольствием. Порадовало, что пока я уделял внимание одной, вторая не стояла столбом, а решилась присоединиться к игре. Всегда знал, что рыженькие имеют огненный темперамент. Сколько уж там перепало Комаро, не знаю, но в процессе славили они его, а не меня. Вот так бывает, стараешься ты, а все лавры начальству.

Спустя час мы покинули природное ложе из лапника абсолютно довольные друг другом. Пелена пропала, девушек хотела было увести Елена, но я не дал.

Подозвав всех к себе, я стал объяснять, что и от кого требуется.

До начала пришлось принять клятву верности от девушек и от «жертв». Когда все стандартные «не навреди», «служи до самой смерти», «храни честь рода» были произнесены, я, наконец, получил ресурс для ещё одного более затратного ритуала.

Пришлось задействовать все шестнадцать душ, находящихся на поляне. Расчертив большой ритуальный круг с лучами по количеству людей, я запитал каждую вершину луча свежей кровью моих кровников. Лучи пересекались в месте, где уже собрало часть силы линзой. В тот момент, когда я замкнул собой кровный круг, сила закольцевалась и рванула в меня бурным потоком.

Очень хотелось забрать всё себе, возможно, даже вышло бы сорвать один из замков на сдерживающей печати, но я не стал. У меня бог не кормлен, земли беззащитны, о каком эгоизме тут могла идти речь.

Собрав волю в кулак, я заставил кровь и силу течь к линзе, и когда оба круга объединились в одну конструкцию, то в небо ударил красный луч. Я сдерживал силу, подавая её порционно, выстраивая и кристаллизуя основу для будущего накопителя и оберега родовых земель.

Капля за каплей из нашей крови вырастала тонкая спица. Достигнув метровой высоты, она остановилась. Люди устали, но держались. Я просил их потерпеть ещё чуть-чуть, не сдаваться. И они стояли. Кровь стекала и заполняла силой накопитель. Кто первым начал молиться Комаро, я не заметил, но вскоре молитву подхватили все.

Мне кажется, я даже услышал на границе сознания довольное урчание нашего покровителя.

Пора было заканчивать. Родовой перстень нагрелся, требуя и его привлечь к ритуалу. Я тонкой струйкой пустил в него силу, и восприятие действительности изменилось. Меня подняло высоко в небо, откуда я видел свои земли, по границе которых теперь также мерцала незаметная пелена. Внутри пелены чужеродными вспышками ощущались чужаки. Земля будто шептала: