Девушки посмотрели на меня такими влюблёнными глазами, что я невольно почувствовал себя героем любовного романа. А сам задумался, кого позвать на мальчишник?
Глава 5
Прежде чем соваться к Акиро мы заглянули к Борису Сергеевичу. Тот выглядел помятым, но вполне бодрым. Увидев меня, он сперва хотел было что-то спросить, но промолчал, завидев двух моих невест.
— Борис Сергеевич, как там насчёт просьбы отпустить небезызвестного вам больного? — сразу перешёл я к делу.
— Всё оговорено, помилован в честь вашей свадьбы без права посещения империи на ближайшие сто лет, — доложил Борис Сергеевич, при этом его выражение лица говорило о том, сколько крови было выпито за такую формулировку. Ну и кто тут у нас ещё кровопийца после этого?
— Благодарю! — уважил кивком головы я будущего тестя. — Кстати, насчёт обряда. Брачный комитет, — я указал на двух невест, — постановил, что свадьбе быть через неделю. Потому приглашаю вас лично.
— Постараюсь согласовать с императором, — чуть нахмурившись, ответил Подорожников, — а кто-то из Кречетов предполагается?
— Андрей Петрович дал предварительное согласие, но дату ещё не обсуждали.
— Хорошо. Касаемо же Акиро… там Аканезуми крутится уже полдня как, даже лекарей своих притащил. Не поверил, что мы смогли вылечить княжича. Думал, иллюзию подсунули искусную.
— Так это же чудесно! — расплылся я в хищной улыбке. — Я просто жаждал пообщаться с князем, жаль, не пришлось на его родине.
— Эм… — Борис Сергеевич запнулся, подбирая слова, — только давайте как-то так пообщайтесь, чтобы у меня пациентов не прибавилось на следующие четыре месяца.
Я рассмеялся легко и непринуждённо. Всё же умного тестя приобрету.
— Поверьте, нашей семье очень нужно, чтобы японская делегация отправилась домой в полном составе и добром здравии.
Про возвращение на Родину в полном составе речи не шло.
* * *
Про то, что бедному Акиро приходилось крутиться, как ужу на сковороде, я был в курсе. Князь подбивал его предъявить претензии императорской семье, но Инари стойко держал оборону. Любой ментатор расколол бы его в два счёта, поэтому запрет на въезд на каких-то сто лет был для него счастьем. Не казнили, и то везение.
Аканезуми активно пытался настроить княжича против семьи и против Российской империи, рассказав о смерти отца от моих рук и о подозрительной смерти Исико Инари после нескольких ссор со мной.
Вот только Акиро уже выбыл из игры. Он был рад уже тому, что остался жив. А мои туманные обещания о встрече с кузиной стали спасительной соломинкой в водовороте предательств его рода.
Правда, мне до того пришлось чуть ли не час втолковывать ему, что его жизнь и здоровье напрямую зависят от длины его языка. И даже пару раз продемонстрировать. Впечатлился. И стал очень послушным.