Я почесал голову.

— Ладно, зайдём с другой стороны. Это все? Или здесь есть еще кто-то?

— Нет, вся боевая группа Игната Верёвкина.

— А где этот самый Игнат Верёвкин? — поинтересовался я.

— Где-то там, в кювете, — кивнул боец на взорванный первый БТР.

— Ясно.

Кстати, если замыкающий «Тигр» ребята всё-таки накрыли из РПГ, то передний просто слетел с дороги в результате столкновения с кувыркающимся БТРом, и был вполне целым.

Я хмыкнул, а затем кивнул Волку.

— Ты, кстати, хотел себе «Тигр»? Тогда вытаскивай его и забирай.

Волк улыбнулся.

— Я хотел себе «Тигр», когда у меня не было «Буревестника», а теперь я только хочу еще несколько «Буревестников»,— широко улыбнулся он.

— Вот ты, жадная жопа! — засмеялся я в ответ. — Так что, этот«Тигр» уничтожим, чтобы врагу не достался?

— Ты что!!! — тут же возмутился Волк. — Как так можно! Заберём, починим, всё сделаем в лучшем виде.

Я хлопнул его по плечу.

— Я так и знал.

Два грузовика и один «Тигр» уцелели из всей колонны. Гвардейцы тут же уселись в кабины. Заревели моторы.

Волк кивнул на пленников.

— Что с ними?

Я поморщился. Вот и пришёл тот момент, который должен был настать. Эти внутренние родовые войны очень сильно отличаются от войн межгосударственных, когда перед тобой понятный враг, который пришёл завоевать твою землю. Уберём в сторону, для меня вообще дикость — эта грызня между Родами. Ну что делать — есть, как есть. Поэтому нужно просто смириться.

Но вот эти люди работают за деньги. Их послали постоять возле Галактионовки и подождать, пока оценщик отщипнёт от моей земли кусочек. Не знаю, кто они есть на самом деле. Возможно, насильники и убийцы. Но сейчас я вижу перед собою шесть раненых и испуганных человек.

Я ещё раз тяжело вздохнул.

— Забирайте их с собой.

— Может в расход? «Буревестники» же! — недоумённо кивнул Волк.

— Да я знаю. Поэтому и забираю их с собой. Но вот в расход я почему-то пока не готов.

Волк криво усмехнулся.

— Предполагаешь, командир дал слабину? — вопросительно хмыкнул я.

— Да нет. Удивляешь ты меня. В тебе гораздо больше человечного, чем ты всем хочешь показать, — сказал Волк.

— Как бы мне эта человечность поперёк горла не встала, — сказал я. — Везите, будем разбираться.

* * *

На Игнатовке и усадьбе бывшего графа я решил сэкономить, и не привлекать этих кровопийц Смородиных, которые даже с учётом скидки вытащили из меня почти все деньги. Да, после того небольшого боя внутри усадьбы был погром, и нужно было сделать косметический ремонт. И вот тут меня удивила Анна.

Перед тем, как закончив работу, Смородины окончательно уехали — не знаю, что она им сказала — но две бригады отделочников поехали не домой, а в Игнатовку. И за неделю усадьба была, как новенькая. И мне это ничего не стоило.