У меня крутился на языке разговор о её происхождении. Но видя её состояние, я отложил его до лучших времён. Только лишь протянул ей бутылку с водой и одну, каким-то чудом, уцелевшую шоколадку. Хельга с благодарностью приняла ее, разорвала обёртку и принялась жевать. Судя по её лицу, она сейчас не чувствовала ни вкуса, ни запаха.

Я осторожно потянулся к её душе, сканируя на предмет повреждений. Нет, слава яйцам, с ней всё будет хорошо. Просто сильное истощение. Вообще-то, для восемнадцатилетней девушки, даже такой сильной телом и духом, встреча с Темнейшим была сильным испытанием. Это она ещё выдержала его достойно. Я видел, что эти ублюдки сделали с некоторыми людьми.

Как сказал бы Андрюха, сейчас ей нужно только одно — отдых и покой. И она восстановится сама.

Сейчас же я чувствовал бурление остаточных преобразованных тварей воспоминаний, что как пена после дождя всё ещё не растворилась на поверхности воды.

А ещё у неё начали слипаться глаза от такого стресса. Я пошарил под сидением и нашел роскошный плед из дорогого материала. Без секунды сомнения, я закутал в него исключительно грязную девушку, и сильно, но аккуратно надавил, заставляя прилечь. Хельга не сопротивлялась и улеглась. А дальше я немного сжульничал, предварительно ментально «прибив» её психику, и сразу же растормозив. Судорожный вздох, и девушка погрузилась в глубокий сон.

«Так-то! Галактионов не только лишь Охотник, но ещё и немножко Лекарь», — улыбнулся я про себя. И пошёл вперёд, усевшись рядом с Волком.

Шнырька был «переключён» напрямую на Волка, пока я разбирался с девушкой, и Потапов сам знал, куда ехать.

Четыре чёртовых часа мы крались по Эпицентру, медленно ускоряясь, буквально на один-два километра в час, покидая самые опасные внутренние зоны. И вот, как только появилась связь, я отправил сообщение в общую сеть Истов о выполненном задании. Мгновенно посыпались сообщения об отбое. Я увидел двенадцать групп, каждая из которых проникла на разные расстояния в Эпицентре. Сейчас они все дружно притормозили, разворачиваясь назад.

Двенадцать групп Истов... Ну, ни хрена себе!

Я повернулся, глядя на девушку, и слегка пожалел, что всё-таки не уточнил — кто она такая? Но с другой стороны, теперь она точно не отвертится от моих вопросов.

Тут же затрещал мой телефон. Конечно, это был Хрулёв. Я улыбнулся и поднял трубку.

— Да, Василий Петрович!

— Ну что там, Саша?

— Всё в порядке, — ответил я.

Но не удержался, чтобы не сделать драматическую паузу. На четвёртой секунде я услышал, как благородный герцог начал материться, как сапожник.