придется полной ложкой. Пусть обрастает мясом, вертится в нужных кругах под бдительным присмотром. — Ты не доверяешь мне, княже? — обиделся Мисяй. — Просвистел несколько ситуаций, а, начальник СБ? — язвительно спросил Щербатов. — Нет, о недоверии речь не идет. Я хочу видеть Волоцкого перед собой все время. Человек с боевым опытом, не чета твоим клушам, только и умеющим закрывать своим телом хозяина. Колояр именно тот, кто защитит Миру. Предстоят поездки за рубеж, плотные контакты с важными людьми. Отработка ближнего круга, разведка, анализ ситуаций. Все это есть в личном досье парня. — Змею за пазуху пускаем, — предупредил Невзор, и у Щербатова от его слов защемило сердце. Архат стал позволять себе болтать лишнее. — Все, разговор закончен, — отрезал князь. — Идите, занимайтесь своим делом. Кабинет опустел. Щербатов снова подошел к окну. Несмотря на унылую погоду, по парку бешено носился лабрадор Брык, сверкая своей золотисто-коричневой шерстью между деревьями. За ним, спотыкаясь, семенили внуки Степан и Лиза — детишки Павла — забавно размахивая веточками, упавшими с деревьев от сильного ветра, пронесшегося ночью. Гувернантка чопорно вышагивала по дорожке с отстегнутым поводком в руках. Возле выхода мелькнула стройная фигура Мирославы. Девушка направлялась к гаражу. Опять на своей бешеной лошади понесется по городу. Может, зря ей такую скоростную машину презентовали? Неугомонная девка. Какие тараканы в голове у нее копошатся? И сможет ли надежно отработать на международном направлении? Ничего, пусть привыкает к общению с иностранцами. А по-хорошему, надо замуж выдавать. Не дело это, в двадцать четыре года еще свободной бабочкой порхать, собирая за собой шлейф слухов. Борис Данилович знал точно: у дочери нет любовника. Свою целомудренность Мира блюла, как и положено знатной барышне из высокого Рода. Ну, да, такую строптивую лошадку еще никто не смог объездить. Князю в какой-то момент стало интересно: кто осмелится на дерзкий шаг и попробует обуздать дочку? Дворянчики ныне пошли слабенькие, боятся красивую девку взять на абордаж. Скромно тупят глазки, даже разговор заводят после пинка родителей. Конечно, здесь и репутация Щербатовых играет свою роль. За какого-нибудь итальянского дожа надо Мирку отдавать. Она там княжеские порядки устроит. Вся Венеция или Флоренция будет на русском разговаривать. Настроение слегка повысилось, как бывало, когда Щербатов думал о своих детях. Вернувшись к столу с твердым намерением плодотворно поработать в выходной день, он наскоро