— Есть, — полковник поправил усы и хитро посмотрел на меня. — У меня есть сведения, что вы знаете многих представителей империи Дискрем, и даже ведёте с ними какие-то дела. Не зря вы там учились, и даже господин генерал это подтвердил.

Лацис глянул на дверь и покосился на часы. Смотри-смотри, вот только не поможет. В своих бойцах я уверен, мы слишком многое с ними пережили.

— И какие конкретно дела я мог обсуждать с офицерами армии другого государства? — спросил я. — Все такие контакты идут через штаб. Не понимаю, к чему вы клоните, полковник?

Громов же молча наблюдал. Он не удивился тому, что один из его людей задирает другого при нём. Император наверняка любит, когда его подчинённые строят козни друг другу. Значит, не смогут договориться между собой и поднять заговор.

— У меня есть некоторые сведения, — настаивал Лацис, — что вы проводили встречи на крепости с офицерами императорской армии Дискрема в радарных…

— Где эти сведения? — спросил я, подходя к нему. — Покажите мне их. Потому что я никакие встречи не проводил. И мне кажется, вы их выдумали.

— Но мы…

Он безопасник, а езё хитрый придворный тип. Зато я — офицер, которого он заглушить не может, у меня голос мощнее. Я говорил громко и не давал ему вставить ни слова.

— Вы, должно быть, пытаетесь оправдаться за тот провал в Инфиналии, когда на императора совершили покушение. Хотите показать, что занимаетесь чем-то важным, вот и решили напасть на меня, раз я приехал из-за моря и правнук Павла Климова. Верно?

— Я хочу сказать…

— Где эти ваши доказательства?

Лацис, не скрывая злобы, посмотрел на своего агента у двери, но тому оставалось только разводить руками.

* * *

В это же время, на улице…

Штабная машина заехала во двор, водитель показал пропуск, выписанный императорской службой безопасности. За рулём сидел майор с тонкими усиками. На переднем сиденье рядом с ним лежал портфель с журналами.

Он остановился там, где ему показал дежуривший на воротах десантник, заглушил двигатель и взял портфель в руки. Но вылезти не успел. В то же мгновение взвизгнули покрышки, и рядом с ним остановился армейский внедорожник. Причём вплотную к левой двери, мешая вылезти.

Молодой боец остался в кабине, положив руки на руль. Штабной майор попытался открыть дверь, но она тут же упёрлась в другую машину.

— Убери это! — крикнул он.

Солдат-водитель за рулём внедорожника притворился, что не слышит. Штабист открыл дверь, и в этот раз стукнул сильнее, чтобы остался след. Водитель повернулся к нему.

— Убери своё дерьмо! — рявкнул штабист.

— Я не слышу, — отозвался солдат и похлопал глазками.