К Дину стали обращаться клиенты даже из соседних секторов. «Бедолаге» пришлось брать в аренду еще один ангар, в котором производилась сортировка товара, для которой были привлечены пара десятков работников технических специальностей, пару курьеров, и несколько биржевых агентов. Состояние Дина резко увеличилось до половины миллиарда. Очень и очень приличные деньги для Фронтира. Учитывая, что работник среднего класса, зарабатывал при работе на корпорацию всего тридцать тысяч кредитов. Таким образом и Дин Торрен выбился в местную элиту. Поэтому нашему дельцу пришлось организовать себе офис в деловой части станции с секретаршей и охранниками.

В итоге, он практически ничем не выделялся среди множества таких же бизнесменов, поднявшихся на торговле во Фронтире. Самой основной чертой таких торговцев являлся откровенный цинизм, полная беспринципность и абсолютное отсутствие брезгливости. Была достигнута главная цель всего предприятия, а именно, он полностью и гармонично влился в экономику Содружества. И все бы ничего, однако не всем нравится, когда у кого-то все хорошо. Поэтому однажды в офисе ТКТ появились два хорошо, но несколько вызывающе одетых мужика. Они удивленно осматривали пустой офис, и на безынициативно пялящегося в планшет охранника. В это время, сидящий в удобном кресле глава корпорации сладко содрогнулся и расслабленно сказал:

— Спасибо Зана, ты приведи себя в порядок, а я пойду встречу клиентов!

— Хорошо господин Торрен! — промурлыкала вылезшая из-под стола грудастая пышноволосая блондинка, демонстративно вытершая губы, и потом облизавшая ладонь.

Ее массивные достоинства были бесстыдно вывалены из расстегнутого дорогого комбинезона. Убедившись, что секретарша зашла в комнату отдыха, он по нейросети велел охраннику впустить посетителей. Сразу было видно, что мужчины привыкли, чтобы перед ними стелились и лебезили, а вид огромного мужика, сидящего в кресле, и закинувшего ноги на стол, вызывал некоторое недоумение:

— Господин Дин Торрен? — спросил один из них.

— Да, это я, — лениво протянул Дин, — чем обвязан вашему визиту?

— Мы от Малыша Гиба! — произнес другой верзила, с таким тоном, как будто это имя должно быть известно всем.

Дин и правда знал главаря одной из крупнейших местных банд, но виду не подал, наоборот, только скучающе обвел амбалов прищуренным взглядом и тяжело роняя слова произнес:

— Ну, и? Я должен о чем-то беспокоится? Куда-то бежать? Звать мамочку? Вам чего надо, убогие?

Бандиты молча закипали от такой наглости, но, видимо, мочить у них приказа не было, поэтому они начали с обычного захода: