— Руду в переработку! — и нетерпеливый жест рукой

— Ферму сюда! — толстый палец-сарделька ткнул в точку на карте планеты.

— Шахтеров на этот астероид! — а потом сердитый вопль, — Да не на этот, бестолочи! А вот на этот!

— Так, парни, я вижу сигнал от гипер-прыжка пятнадцатом секторе, разведка доложила, что открылась возможность напасть на караван! Пятнадцатую эскадру на перехват! Мочи козлов!!!

Надо ли объяснять, что «Веселая Ферма», это была одна из тех игр, в которую наш герой вообще когда-то играл. Кто из интернов установил ее на служебный компьютер, и Федор пропал на пару дней, когда случайно обнаружил это чудо. Хотя сначала хотел возмутиться. Поэтому интерфейс управления звездной системой Тортуги, был так похож на знакомый ему по той самой земной компьютерной игре. Таким образом Федор боролся со скукой, которой сопровождается для нормального, психически здорового человека игра во власть. Бывших врач категорически не любил работать с документацией, но делать это было нужно. А если нужно, то надо превратить работу в игру! Надо ли говорить, что точно такие же комплексы были установлены всем остальным руководителям крупных направлений развития молодого государства. При этом, вместо очков опыта начислялись ОК, которые и служили заработной платой руководителей. За распределением ОК следили специальные ИскИны-арбитры, обмануть которые было невозможно.

Эффективность работы бюрократического аппарата, сразу выросла на тысячу процентов. Исполнители, также мотивированные на выполнения распоряжений начислением ОК, старались как стахановцы. А возможность за ОК реализовать любые свои мечты, если они, конечно, укладывались в общую идеологию, плюс прокачка с помощью «Зерна Жизни», подстегивала лучше любого кнута и пряника. Наконец, после почти суток непрерывной игры-работы, прямо чувствуя, как накатывает усталость, Федор поставил все рутинные процессы на автоматическое выполнение при помощи ИскИнов. Оставил только предупреждение на счет нестандартных ситуаций, которые должны приходить на нейросеть. После этого он неспешно поплавал пару часов в бассейне, и направился обедать. Обедал как правило, наш герой в кругу своих наложниц. Эта почти семейная сцена доставляла ему особенное удовольствие. Ани, Одена и Лара после генетического усовершенствования изменились кардинально.

Кожа стала более упругой, груди стояли торчком, грозя порвать сосками шелковые одежды, и даже не думали дрожать при ходьбе. Тонкая талия, упругая попка. И при этом сохранились индивидуальные особенности всех трех девушек. Федор не стал приводить их к одинаковому стандарту, прелесть его жен-наложниц была именно в некоей нестандартности. Как говорили греческие философы, совершенство красоты в ее несовершенстве! Если, например, сделать лицо человека абсолютно симметричным, то как бы оно не было совершенно, все равно будет вызывать отвращение, отторжение и даже страх. И страх этот будет вызван именно впечатлением искусственности, мертвенности такого лица. Но его девушки были именно живыми, а поэтому постоянно интересными и желанными. Вот так, неспешно обедая, под щебет трех красоток, Фёдор планировал свой день.