— Вперед! — приказал он, и подчиненные ему корабли дружно втянулись в пролив, ведущий к Або.

Первым шел «Леопард» под флагом самого контр-адмирала, за ним «Один» и «Мэджисиенн», а «Валчер» с «Драйвером» немного замешкались. Осторожно следуя по длинному и извилистому проходу, британцы внимательно следили за берегами, опасаясь еще одного сюрприза, вроде замаскированных батарей на острове Рунсала, но пока все шло гладко. Возможно, у русских не было достаточно сил для очередной засады, а может, они не рассчитывали на то, что враги все-таки смогут прорваться.

— Будем высаживать десант? — деловито осведомились почуявшие запах наживы офицеры.

— Черта с два! — криво усмехнулся Пламридж. — Видите ли, джентльмены, я вовсе не желаю, чтобы финские егеря перестреляли вас как куропаток. Поэтому мы просто сотрем этот чертов городишко с лица земли!

— Но как же…

— Призовые? Сегодня нам хватит добычи с застрявших здесь судов. Судя по донесениям местных, в бухте стоят на якорях с полдюжины пароходов и почти два десятка парусников. Полагаю, этого будет достаточно, чтобы удовлетворить вас? Но город однозначно сжечь. Это приказ!

Если сам Нельсон не постеснялся хорошенько подпалить вздумавший перечить Великой Британии Копенгаген, то что остается Пламриджу? Англии нужна победа, и что поделаешь, если эта капризная девка пахнет порохом и кровью.

— Но быть может, стоит предложить им сдачу и выплату контрибуции? — робко заметил кто-то из штабных.

Ответом ему был ядро, выпущенное из спрятанной во дворе какого-то дома полевой пушки. И хотя легкий четырехфунтовый снаряд даже не долетел до кораблей противника, у англичан появилось прекрасное оправдание для своей жестокости.

Тяжелые бомбы английского флагмана принялись крушить и поджигать дома и портовые постройки. Сначала канониры палили как бы нехотя, но потом увлеклись. Началось что-то вроде соревнования. Выстрелы следовали один за другим, а разгорячившиеся матросы заключали пари, кто из них добьется большего успеха. После третьего залпа в городе начались пожары, но это уже никого не трогало.

Все это время «Леопард» медленно двигался по проливу, чтобы выйти на рейд и дать возможность остальным кораблям присоединиться к «веселью». Так что вскоре огонь открыл «Один». Затем пришла очередь «Меджиссиен».

Нельзя сказать, чтобы русские не отвечали. Импровизированные батареи из полевых орудий честно пытались поразить врага, но тот быстро их обнаруживал и подавлял мощью своей артиллерии.

— Простите, сэр! — вежливо, но твердо привлек к себе внимание адмирала кэптен Гиффард.