смотрю на него тяжелым взглядом. — Это не просьба. Вижу, как ему хочется послать меня далеко и надолго, но опасается, не рискует. И правильно делает, моему терпению тоже есть предел. Честно говоря, этот предел уже близко — бесят меня все эти подковерные игры, что он тут устроил. Впрочем, если он замешан в подставе капитана, то это неудивительно. Почему я так же не получу материалы дела? С ними все же немного сложнее, и если действовать по закону, то да, надо, чтобы стража добровольно дала мне их. Могу я и надавить, но тогда возможны вопросы, если вдруг об этом станет известно в столице или еще где-то, все же пока ничего не указывает на то, что тут замешана Грань. Да и дела официально же нет, я тут действую непонятно как. А вот разговор с капитаном Кростом — это совсем другое дело, и отказать мне ни под какими предлогами не могут. Но да, если меня слишком сильно достанут своими попытками помешать докопаться до правды, я могу начать действовать и без оглядки на них. — Хорошо, я провожу вас в тюрьму. Что вы хотите узнать у капитана? — Это вас не касается. Проглотив мой ответ и не став дальше испытывать мое терпение, Рато поднялся из-за стола и пошел к дверям. Молча пройдя мимо меня, он вышел из кабинета. Так же молча следую за ним. Лейтенант ведет меня куда-то вглубь отделения, внимательно запоминаю дорогу, чтобы не заблудиться, как было в прошлый раз. Почему я не поговорил с капитаном еще в первый день? Может, и стоило, но решил вначале попытаться собрать больше информации, чтобы знать, о чем с ним говорить. Но с информацией пока не очень, так что придется говорить так. Надеюсь, хотя бы от него смогу узнать что-то полезное для дела. Минут пять по коридорам отделения, и мы спустились в тюрьму. Сама тюрьма ничего примечательного — подвал с выложенными камнем стенами и деревянными дверями по обеим сторонам основного коридора, в отличие от отделения небольшая, освещена магическими светильниками. Выглядит чисто, но это в коридорах, а что в камерах — большой вопрос. — Капитан там, — сообщил Рато, остановившись у одной из тюремных камер. — Открывай, — говорю ему, не видя здесь больше никого. Один стражник был только на входе, а больше тут никто нам не встретился. Злобно посмотрев на меня и явно пытаясь найти предлог, чтобы не дать мне встретиться с капитаном, лейтенант ухватился за массивный засов, запирающий дверь, и потянул его в сторону. Несколько мгновений, и дверь была открыта. Хватаюсь за ручку, распахиваю ее шире и захожу внутрь. — Куда? — спрашиваю у лейтенанта,