— Есть те, кто мутировал? — стало мне интересно.
— Ага, — кивнул Кольцов, контролируя свою сторону дороги.
На радаре было полно точек живых существ, но все они были от четвертого до шестого уровня, да и мы впервые применили «динамическую» маскировку. Как признался тот же Руслан — единственное на что она годна, это сделать нас «неинтересными» или «опасными» для здешних обитателей. То есть нас видят, но либо считают «мебелью» — это если существо условно мирное, либо более сильной особью — соответственно для хищников. Но такое будет работать только до седьмого-восьмого уровня, а дальше уже рассчитывать на такую маскировку не стоит. Сама система во многом была похожа на ту, что устанавливали при ночевке, но потребляла раза в три больше энергии и если бы не такое огромное число мутантов (даже сейчас идя по дороге, мы провожали стволами метателей стаю волколаков шестого уровня, движущихся нам навстречу и только оказавшись в двадцати метрах от нас и попавших под действие маскировки, свернувших в сторону обломков какого-то бывшего офисного здания), то нам было бы проще уничтожить врага, а не применять ее. Что мы раньше и делали.
— И? — напомнил я ему, когда стая отошла достаточно, чтобы чуть-чуть расслабиться.
— Их аура сильно деформировалась, что отразилось как на внешности, так и на способностях. Они увеличились, но как-то однобоко, серьезно урезав иные возможности. Например, создавать архикоины. Такое не у всех было, кто мутировал, но как факт — никому последствия мутаций не понравились. Если не считать некоторых то ли отмороженных на всю голову, то ли просто сумасшедших. Но таких в города стараются не пускать.
— То есть, радиация нас не убьет, — утвердительно кивнул я, хотя та боль, что я испытывал в видении, намекала на обратное.
— Не убьет, но искалечит. Потому-то и были изобретены амулеты, что сейчас на нас.
— И что делают нас в астрале отличными подсвеченными мишенями, — мрачно подытожил я, наблюдая, как из верхнего этажа только что пройденного нами здания выстрелила веревка, вонзившись в пролетавшего голубя. После чего в окне появился ее хозяин — гигантский паук раза в полтора более крупный, чем жертва, и стал неторопливо подтягивать пытавшуюся вырваться добычу. Но той не помогало ничего: ни острый клюв, ни удар голосом-плетением, что вполне могло порвать пополам незащищенного человека, ни бритвенно острые когти. Я передернул плечами. Не хочется проверять, смог бы я вырваться из такой паутины, или нет.
— Да-а… — вздохнул Руслан, тоже наблюдая эту картину.
— И как нам тогда пройти в центр? — повернулся я к нему. — Если выбор только между такими условностями: быть подсвеченной добычей, или искалеченной тушкой?