Утром Селезнев официально зачитал приказ о смене главы службы оперативного реагирования на пси угрозу, как мы официально назывались. Кроме этого были и другие изменения. Наши батальоны выросли в полки, и я вместе с Иваном теперь обязаны были работать в штабе, а зачисткой заниматься только в особо сложных случаях. Сдобин, как и я, имел четвертый уровень, причем обогнал меня в его получении примерно на сутки. Теперь мы с ним были за вундервафлю, как сказали бы немцы.

— Переживаешь? — после совещания подошел ко мне Иван.

— Нет. Даже наоборот. Не готов я к той ответственности, что на тебе сейчас лежит.

— Ясно. Я тебе не говорил, но сейчас думаю можно. Меня ведь не просто так сюда с Хеллы перевели. Нужно мне это было, вот и пришлось пойти на сделку — они вытаскивают меня и пропихивают на пост, а я поддерживаю некоторые их политические высказывания. До этого момента только ты мешал. Мне даже намекали решить дело самому. Думаю, каким образом, ты догадываешься.

— К чему ты все ведешь? — откровения друга заставили серьезно напрячься. Не зря ведь он мне это сейчас говорит.

— Вскоре я должен выступить с инициативой, передать кураторство нашей службы из-под ФСБ конкретному чиновнику. Вот только после этого думаю наша относительная свобода, когда мы выполняем только операции по зачисткам гнезд и не более того, закончится.

— И что ты предлагаешь? — я напряженно смотрел на такого казалось бы знакомого, но открывшегося с новой стороны человека.

— Я провалю ближайшие операции, и меня снимут с поста, — озвучил свои мысли Иван.

— То есть подставишь парней и девчонок, причем с гарантированными смертями? — я сжал зубы в гневе. Такого я от бывшего командира не ожидал.

— Я считаю, что так будет лучше. Да и провал не означает смерти! А вот если так не поступить — то никто не поручится, что потом нас не будут использовать как пушечное мясо не для защиты людей, а в своих шкурных интересах! — с жаром доказывал свое мнение Сдобин.

Я постарался успокоиться. Может все и так, но когда на кону стоит судьба выживания нас как вида, все эти интриги вызывают только раздражение и злость. Да тут судьба мира на кону, а они!

— Хорошо. Но план тогда разработаю я сам, а ты его просто воплотишь и выдашь за свой. Если уж я ввязываюсь в это, то должен знать, что сделал все, чтобы мои подчиненные выжили.

Майор слегка остыл и согласился.

Иван Сдобин

Мысли: недоступно на текущем уровне

Что ж. Следовало ожидать. Надеюсь, что думает он тоже, что и говорит.

Идя в штаб на свое новое постоянное место службы, я думал над сложившейся ситуацией. Мне и раньше казалось странным, что с Хеллы для нашего усиления вызвали только одного человека. И тот не самый сильный по уровню. Когда услышал о борьбе одних политиков с другими и использовании в этом меня и Ивана, то подозрения только усилились. И вот сейчас карты вскрыты. Теперь, либо я разработаю операцию, что не принесет результата, причем она должна быть большой, чтобы посильнее о ней трубили в СМИ, и параллельно сумею сохранить жизни ребят. Либо операция будет успешной, и ребят мы сохраним. Сейчас. Но потом станем личной армией какого-нибудь политика, что будет натравливать нас на своих врагов. Еще и так сможет это все организовать, что вырваться из этой системы будет очень сложно. Та еще перспективка.