Это дало сигнал к активным ответным действиям, почти сразу раздались команды. Из ближайшей траншеи поднялось двадцать человек, пятьдесят метров дистанции до занятых нами траншей, можно быстро преодолеть, но, прикрытие работало хорошо. Почти сразу на пути бегущий боевиков разорвалось несколько крупнокалиберных артиллерийских снарядов. Контратака захлебнулась, крики, маты, беспорядочная стрельба пролетали над нашими головами. Тем временем нам удалось зачистить последние очаги сопротивления и взять данную ветку траншей под свой полный контроль. Самая дальняя, угловая, из нее можно выйти к другой сети, преодолев двести метров по открытому пространству, или в очередной раз утроить комфортный подкоп.
Новые укрепления обжили в рекордные сроки, уже через полчаса, в них были установлены направляющие пути для дронов. Также были установлены ямы, укрытия и защищенные стрелковые позиции. Союзники направили сюда взвод пехоты для удержания новых позиций. Со спокойной совестью от хорошо проделанной работы, отправился к нашим, нужно было отдохнуть, восстановить резерв, во время атаки почти полностью его потратил, дальнейшее наступление будет отложенного до следующего утра.
За следующие сутки противники несколько раз пытались навести суету. И один раз полноценно контратаковали в попытке вернуть утерянные позиции. Воспользовались дымами, затянули желтоватым одеялом, всю открытую зону между окопами. Но один недочет, жестко решил судьбу контратаки, все дроны имели тепловое зрение, вкупе с меткой стрельбой это решило исход не в их пользу.
Дроны под руководством «Генерала» подпустили атакующую группу почти до наших окопов, а после метки огнем начали истреблять противника. Вражеские бойцы сразу поняли, что попали в ловушку, даже не пытаясь отстреливаться, бросились отступать. Дымы, плотный вражеский огонь, плохо способствуют правильному отступлению, многих безжалостно расстреляли в спину. Последние вжимались всем телом в твердую землю, в ямки от падений гранат или снарядов артиллерии. Но все они были безжалостно уничтожены. Я даже мог поклясться, что слышал, как они что-то кричали, и это было не что иное, как «сдаюсь»!
С этим вопросом обратился к коммандеру четвертого ранга и высшего ответственного командира данного противостояния Седерика Аломнуса. Я, конечно, мог его заменить, так как являюсь офицером с наивысший званием, но сомневаюсь, что под моим гениальным руководством мы разберемся в разы быстрее. Было важно как можно быстрее закончить здесь, и наконец начать решать свои проблемы, а не чужие.