Такие же ключи были у стражей, что их охраняли. А сами стражи были существами, что джинны подчинили себе и переселили в специально созданный для этого осколок мира. Именно так подземелья называл Барракис. Осколки миров, которые используют для совершенно разных целей.

Мне было дико интересно узнать об этом, но время поджимало. Необходимо скорее закрыть все порталы и выбраться из этого подземелья, чтобы помочь защитникам человечества разобраться с уже выпущенными на свободу монстрами. Уничтожим их и опасность эпицентров вернётся к своему прежнему уровню.

Когда мы оказались во дворце, там уже было стерильно чисто. Исчезли все уничтоженные ловушки и вообще любые следы того, что там кто-то жил. Да и идти по бесконечно сменяющимся комнатам нам на этот раз не пришлось. Прошли буквально пару комнат и оказались в просторном зале. В центре зала стояло некое подобие глубокой чаши, в которой полыхало пламя.

Когда мы вошли в зал, то из чаши начал подниматься человек. Он был полностью охвачен огнём, но это не причиняло ему никакого вреда и не мешало функционировать.

— Ифриты — огненные джинны. Они зарождаются в самом жарком пламени. И после смерти способны возрождаться снова и снова, пока остаётся хоть капля их сущности. А уничтожить сущность джинна практически невозможно. По крайней мере, не на столь низких этажах мировой башни, что нам открыты, — произнёс Барракис, когда увидел моё удивлённое лицо.

Вот только от его объяснений оно стало ещё более удивлённым. Джинн говорил о совершенно неизвестных мне вещах: сущность джинна, мировая башня и т.д. Куча всего неизвестного и я обязательно узнаю, что всё это означает. А пока я наблюдал, как Йондо возрождается из пламени. Как огонь постепенно сходит на нет, прячась под угольно-чёрной кожей. И угольно здесь не просто для красивого словечка. Нет. Джинн действительно становится угольным, и мы прекрасно видели это. Отсюда ещё более удивительным было, когда его волосы становились девственно белыми после того, как с них слетал кокон из сажи.

К моему удивлению, Йондо появлялся сразу с распустившимися цветами на косичках, которых сейчас стало намного больше, чем я видел.

— Вот я и вернулся. Не помню уже, когда в последний раз пользовался купелью истинного пламени. Даже забыл, как прекрасно ощущаешь себя после возрождения. Барракис, тебе обязательно нужно это сделать. Я словно скинул несколько сотен лет.

— Потом будешь радоваться. Сейчас начинай выполнять наш договор. Закрывай все порталы, что ещё остались на земле, — обломал я ифрита, но тот как-то совершенно не обломался. Даже не стал ворчать или возмущаться.