— Да так, один маленький проект, — бог не стал раскрывать своих планов. — Но пока никак не получается. Ладно, это мелочи. Ты мне лучше вот что скажи — заявился в один из моих миров и даже не пришел поздороваться. Невежливо, не считаешь? Особенно для пса Совета.

А вот это уже граничит с оскорблением, но я близко к сердцу не принял. Он тоже считает мой поступок, мягко говоря, невежливым.

— Ты ведь прекрасно знаешь, что с Тысячеликим советом я закончил. Контракт выполнен, пусть катятся в Пустоту.

— Нет, друг, это так не работает, — бог покачал головой. — Ты всерьез считаешь, что можешь взять за причинное место кого-то вроде меня и просто уйти? Не-е-е-ет. Эта древняя сука, Королева ночи, хочет твою голову. Она уже несколько раз чуть ли не требовала выдать тебя.

— А ты?

— Послал её в Пустоту, разумеется. Пока ты на моей территории, пусть только попробует что-то сделать, и я покажу ей, что значит гнев Сокрушителя тверди.

— При всем уважении, но ты не вытянешь войну с ней, — честно сказал я.

— Знаю, — эти слова нисколько его не задели. — Но это неважно. Это вопрос принципа. Лучше сдохнуть, но разрушить половину империи врага, чем позволить ему совать руки в твои владения. Понимаешь?

— Понимаю.

— Во-о-о-от. Так что расслабься, пусть она на тебя и злится, но не пойдет на прямое столкновение со мной, ведь даже если победит, ей это дорого обойдется. Слишком велика цена. Но имей в виду, в искажении ты сам по себе, если она решит достать тебя там, я помочь не смогу.

— Кстати об искажении… Каким-то образом Совет смог влиять на порталы, повышая их уровень силы на один-два ранга. Тебе что-нибудь об этом известно?

Сокрушитель хмыкнул, нахмурил толстые рыжие брови и провел рукой по не менее яркой густой бороде, конец которой был заплетен в две косички.

— Нет. Я не способен влиять на искажения, у Королевы ночи же больше возможностей. И, кажется, ты к этому руку-то и приложил. Что ты принес ей от Архитектора?

Я в ответ лишь развел руками.

— Не могу сказать, часть контракта.

— Ну да, — бог недобро прищурил глаза. Постучал толстым железным пальцем по столешнице, склонившись чуть вперед и словно довлея надо мной, но затем раздраженно махнул рукой и откинулся на спинку. — Как бы то ни было, свое слово я сказал. Пока ты в моих владениях, нападение на тебя будет означать войну. И все же, у меня есть к тебе другой вопрос.

— Про божественные силы? — это было очевидно.

— Пусть ты и не один из божественных правителей, но должен понимать, что использование силы бога на территории другого бога — это тоже своего рода объявление войны. Тебе разве понравится, если кто-то чужой проникнет в твой дом и начнет делать там ремонт без твоего разрешения?