Сейчас никто ничего не понимает, люди разделены, что и как здесь устроено — великая загадка. Даже представители высоких каст, информированные получше основной массы, на большую часть важнейших вопросов лишь растерянно моргать в ответ способны, или жадно зажимают сведения.

У Лорда был противник — Шерхан. Тот не успел вовремя закрепиться в самом приличном городе на этой части побережья, но полагал, что никогда не поздно это исправить. Между группировками случались спонтанные стычки, но только за окраинами и в близлежащих посёлках. Обычно обходилось без крови. Пошумят, поругаются, да и разойдутся.

Но Шерхан не пустил соперничество на самотёк, он готовил не просто стычку, а жестокую схватку. Естественно, не какую зря, а хорошо организованную.

И вот, пока Мешок сидел в загоне в окружении себе подобных и тоскливо дожидался рассвета, вскоре за которым активируется телефон и последует смерть, вокруг начали происходить интересные события. Во мраке стреляли, звенели оружием, гудели двигателями машин и мотоциклов, кричали от ярости и нестерпимой боли. Что-то загорелось в одном месте, потом в другом, какие-то люди выскочили из зарослей и напали на охрану, а та, не принимая бой, весьма торопливо отступила.

И в самом начале всего этого случилось самое главное. Со стороны моря показался огромный грузовик, без заминок промчался через череду живых изгородей, проломил решётку загона и помчался дальше. Прямо по сонным, ничего не понимающим людям, теснившимся в невеликом по площади пространстве.

Мешку повезло, как и некоторым другим. Они оказались вблизи пролома и при этом не угодили по колёса. Чудом со смертью разминулись.

Мешок признался, что сам не понимает, как и когда оказался снаружи. Будто провал в памяти образовался. Смутно помнил, как тащил какую-то девушку, которая сама не могла быстро передвигаться. Помнил, как ему начали помогать другие узники. Помнил, как из сгущающегося мрака выбежали какие-то люди с оружием, и началась резня.

В общем, прорывались с большой кровью. Причём своей кровью, а не чужой. Измученные жаждой и голодом, избитые и покалеченные, часто сломленные. И все безоружные, если не считать голые руки.

Но что такое пустые ладони против тех, кто уже не раз убивали и вошли во вкус этого дела?

Те, у кого руки далеко не пустые, даже не сражались, они развлекались, безнаказанно вырезая беспомощных беглецов.

По прикидкам Мешка, в загоне находилось под сотню человек. Число серьёзное, Грешник подозревал, что тот преувеличивает. Но даже если это только наполовину верно — всё равно масштабы деятельности Лорда впечатляли.