— Наши будущие деньги, — ограничился я кратким ответом.

— Как-то не очень впечатляет, — обошёл отец стол по кругу.

— А ты переверни листочки под флаконами, — посоветовал я ему.

— И что я там увижу? — не повёлся отец на простенький приём, рассчитанный на человеческое любопытство.

— Цены, по которым у меня лэра, хозяйка салона красоты, покупает эти флаконы. Продаёт их она ещё дороже. И это только начало. Я мог бы показать ещё десяток флаконов, но у меня нет оборудования и времени, чтобы этим заниматься.

Моя речь отца не впечатлила, а вот цены…

С каждым перевёрнутым листком его брови поднимались всё выше и выше. Пока ему хватило всего лишь двух, прежде, чем он взял перерыв.

— Это какое же сырьё ты покупаешь?

— Самое простое, отец. На два — три десятка флаконов уходит меньше одной серебрушки.

— Прибыль сам-двадцать, а то и сам-тридцать, — выдохнул купец в третьем поколении, тут же всё сосчитав.

— Мелкие партии сырья дорого стоят, — пожал я плечами, — Если закупать его возами и бочками, то цена закупа раз в пять упадёт.

Прав был Карл Маркс, когда утверждал, что нет такого преступления, которое не совершат капиталисты, увидев триста процентов прибыли.

Что такое триста процентов, если на косметике их можно считать на многие тысячи?

Глаза у отца загорелись, как два протуберанца.

— А это что — киноварь? — ткнула матушка в склянку с красным пигментом.

— У тебя есть какие-то средства с киноварью? — тут же встопорщился я, намереваясь прямо сейчас встать и выкинуть на помойку всё, что у неё найду.

Содержание ртути в киновари запредельное. Вполне может быть больше восьмидесяти процентов.

— Трудно сказать, — замялась матушка, — Может в румянах и помаде и есть.

— Хм, а знакомство с семейством Свенсонов всё-таки может оказаться полезным, — отвлёкся я от разглядывания отца, переворачивающего листы бумаги под флаконами, — Кто ещё мне скажет, какая косметика смертельно опасна.

— Ларри — это правда? — повернулся ко мне отец, закончив с листочками.

— Да, два раза, — угрюмо ответил я, — И цены верные и то, что киноварь — это отсроченная смерть.

— Я про цены и стоимость сырья, — наморщил отец лоб.

— На первый взгляд всё так и есть, — придержал я на коленях Мари, готовящуюся осчастливить меня общением с очередной куклой, обнаруженной среди подарков лэры Хая, — На самом деле продавать можно ещё дороже, но это потребует вложений.

— Да тут и без вложений всё отлично! — задохнулся купец от понимания перспектив.

В своём ракурсе. Ровно настолько, как я ему показал.

— А с ними в разы больше, — попробовал я ему объяснить начала косметического бизнеса, где за граммы мраморной пудры и щепотку красителя платят серебром по весу.