— Потому что меня и тебя после перехода за Грань пересобрало заново. Твоя заслуга как адаптивного симбионта и конкретно этой способности в том, что я вообще могу продолжать колдовать и не превратилась в калеку с поломанным астральным телом.

— Почему здесь в статах нет интеллекта, мудрости, силы воли, или ещё чего-то такого?

— Потому что здешняя Система очень… — Виктория замялась, подбирая слово, — Свободная, пожалуй. Да, свободная. Даже больше, чем в Верданте. Она вообще не столько Система контроля, сколько интерфейс-посредник для использования тонких энергий и магии. Правда тут сами магические потоки куда жестче структурированы. В Верданте они были похожи на множество рек, то сливающихся, то расходящихся, в Йон-Рунаке это был скорее один большой океан, а в «Паутине» этот океан был разлит по миллионам маленьких сосудов, тщательно промаркированных, и расставленных по полочкам. Здесь же у меня такое чувство, что магия — это город из чистого льда, где каждое здание, этаж и комнатушка заперты на замок, и если у тебя нет ключа, то ты можешь только лбом о стену биться.

— И чо это для нас значит с практической точки зрения?

— Будет проще, чем раньше.

— Ладно… Где там уже эти наши союзники?

— Они застряли в лифте.

— А где квесты? Нам дадут вообще знать, зачем пригнали в этот мир и какие квесты надо выполнить, чтобы перейти к следующему этапу соревнования?

— Система… Думает. Она как будто пытается понять, как меня лучше всего использовать.

— Ты же говорила, что здесь это просто интерфейс?

— Не значит, что у неё нет разума, личности, доступа к линиям судьбы, и что местные боги ей не пользуются на очень привилегированных условиях.

Виктория продолжала бродить по крыше здания ещё полчаса, прежде чем из надстройки наконец вышли обещанные Хранителями встречающие. Впрочем, как именно Хранители это организовали, Виктория не понимала. Даже смотря истинным зрением на линии судьбы и отпечатки причинно-следственных связей в реальности, она не могла пробиться через все слои искусственных мелких совпадений, посредников, разбитых на множество кусков зашифрованных посланий, обретающих смысл только когда все элементы паззла оказываются в нужных руках в нужное время… И тем не менее, всё это в итоге приводило к вполне чётким инструкциям и правдивым знаниям, доведённых до подходящих организаторов и спущенных вниз конечным исполнителям. И ничуть не нарушало «божественных правил», даже в мелочах, даже формально.

«Вот это я понимаю непрямое вмешательство. Если мне хотели показать, как надо использовать истинное зрение — у них получилось,» — подумала Виктория.