— Что?
— Говорю, никому не избежать смерти. Даже бессмертному. Все там будем, — Ванюша потянулся, хрустнув плечами. — Ну, что теперь будешь делать… навий князь?
Зеркальце выпало из рук Лиса и затерялось в высокой траве, но он не стал наклоняться, чтобы его подобрать. Руки дрожали.
— Домой, наверное, ехать надо…
— Так, может, тогда и битвы не будет? — обрадовался Ванюша. — А там, глядишь, и война закончится?
В этот миг за их спинами зашелестели кусты и из них выбрался — кто бы вы думали? — сотник Май.
Богатырь схватился за меч, но Лис остановил его руку.
— Это свои, — а сам, нахмурившись, повернулся к приятелю. — Какого лешего ты тут делаешь? А ну объяснись!
— Прошу прощения, — тот склонил вихрастую голову, но не слишком низко — продолжая настороженно коситься на богатыря. — Я пошёл за тобой следом. Ты какой-то смурной был, вот я и побоялся, как бы чего не приключилось. В общем, не обессудь, друже, я всё слышал. А чего не слышал — о том уже сам догадался.
— Ишь, какой смекалистый! — фыркнул Лис.
Они стояли, сверля друг друга взглядами: тёмными, недобрыми. Лис ждал, что сотник вот-вот выплюнет ему в лицо: «Предатель!» Нет, ну а как ещё можно было расценить увиденное? Всё сходилось на том, что княжич спелся с вражеским богатырём и, пока весь навий лагерь отсыпался перед сражением, они тут на пенёчке лясы точили и макушка к макушке смотрели в зеркальце, как дивьи люди убивают Кощея. Как ни крути, а весь заговор — налицо.
Неужели ему придётся убить Мая? Лис весь напрягся и ощетинился, словно дикий зверь перед прыжком, готовый отразить любую атаку. Оправдываться он не собирался — ещё чего!
Он ожидал чего угодно, но не этого: Май вдруг низко поклонился ему и, не скрывая искренней радости, молвил:
— Ох, чую, ребята будут прыгать от счастья! Все мы уже устали от этих битв… Так что, княже, велишь сворачивать лагерь?
— Велю! — Сияя, Лис поправил венец. — Война закончена. Мы едем домой.
Глава тридцатая Вершина Лета
Они вернулись в замок за седмицу до Вершины Лета. Кощей не любил этот праздник, никогда не отмечал и подданным не велел. Поэтому Лис, наоборот, ровно в канун распорядился, чтобы залы украсили понаряднее, а с башен сняли осточертевшие флаги со змеями.
Упыри, которым выпала сия честь, призадумались, почёсывая затылки:
— Снять-то можно, — наконец осмелился сказать старший из них. — А что взамен-то вешать? Других стягов у нас нет…
— Тогда пока ничего не вешайте, — пожал плечами Лис.
— Но как так? Негоже замку торчать голыми шпилями в небо…
— Это не вам решать, что гоже, а что нет, — Лис стукнул по столу кулаком, и упыри, превратившись в летучих мышей, с визгом вылетели в окно.