прикрыться не получится. У них все корабли на перечёт. Но тогда чей-то корабль должен из зоны контроля вылететь. Всё не так просто. — Не поверю, что все корабли передают постоянно свои сигналы. У вас, что, нет контрабандистов? — У нас есть не только контрабандисты, но и содружество независимых миров, которые, редко заходят в зону общего контроля. — Ну так что же вы? Берите флаг такого корсара и пусть арсанты светят его своими квантами. — Чёрт! Как всё просто… Но мы редко сними пересекаемся… С ними всегда куча проблем. Они не надёжные партнёры. — Значит надо срочно слетать к ним в сектор, который поближе к нам, и отсканировать маску корабля. Срочно, Умшу. Причём того, который когда-то засветился в системе. — С твоим появлением, наша размеренная жизнь испарилась. — Ничего себе, с моим появлением! Ты хотел бы и далее находиться в неведении, что против вас ведётся тотальная подготовка к войне и вы бы просрали, извиняюсь, точку перехода в нашу систему. Выставили зонд, кстати? — Едва успели. — Ну вот. А это сколько денежек за переход? — Да, кому вы нужны, к вам ходить? Зачем? Вот если вас арсанты поработят, тогда — да. Будут туда-сюда ходить. Это нам выгодно. Я надулся и едва не лопнул от возмущения, но сказать мне было не чего. Он был со всех сторон прав. А ты, Шелест, сделал дело, получи золото-бриллианты, и ступай смело назад на Землю, и жди прилёта зверских пришельцев. А если узнают, что ты состоишь у них на связи, значит запишут тебя в предатели на только твоей Советской Родины, но и всей планеты Земля. А они стуканут землянам обязательно, ведь ты предал их. В город не выходишь и не собираешься, ибо Умшу сказал, что установленные ими матрицы убрать невозможно. Но это мы ещё посмотрим, но не здесь. И от экскурсии по городу я отказался, предполагая сработку первой матрицы на какой-то постоянный стационарный сигнал. Например — рекламу магазина. Я и от голографического просмотра города отказался. Умшу меня понял, правда удивился, что о таких технологиях нам известно. Он даже произнёс загадочное: — Тогда понятно… Начитавшись космической фантастики, я грезил получить встроенный искин1и закачать в себя фуёву хучу знаний и умений. Однако, хрен вам, Михал Васильевич. Искинов у пришельцев не имелось, кроме вшитых коммуникаторов, то есть средств связи. Да и то, подключенных к звуковому и зрительному центру человека. Причём, зрительного, только на выход. — Зачем он тебе? — Спросил меня Умшу. — У тебя есть я. — Извини, брат, но тебя впускать в мозг я не хочу. Считай, что