Она заметалась по кабинету, сгребая свою накидку и неловко пытаясь ее натянуть. Я поднялся, нужно же оставаться мужчиной в любой ситуации, и подошел к двери, чтобы ее открыть. Светлана подлетела ко мне, в ее глазах сверкали яркие молнии.

— Ты! Ты! — у нее не хватало слов, чтобы побольнее меня уколоть, еще чуть-чуть и она бы начала колотить своими маленькими кулачками мне в грудь.

Светлана стояла так близко ко мне, я даже ощущал тепло ее тела под всеми слоями модного платья. В какой-то момент она все же решили меня стукнуть, но я успел перехватить ее тонкие запястья, прижать к стене и с жаром поцеловать.

Секунду она билась в моих руках, но потом из груди ее вырвался стон, и она подалась ко мне. Но я ее уже отпустил, чтобы наконец, открыть дверь.

Шумская шокировано замерла, окинула меня долгим взглядом и вдруг с улыбкой облизнула губы.

— Нет, все-таки матушка моя неправа, — после чего крикнула свою компаньонку и, царственно качая бедрами, покинула мой дом.

Я с любопытством смотрел ей вслед, думая вовсе не об императоре и состоянии его здоровья.

В таком благодушном виде меня и застал Вайсман, который привел Илью Сергеевича.

— Александр Николаевич! — в кои веки Коршунов был трезв. — Как я рад вас видеть! Есть новости? Что вынесли стражи из вашего дома? Общественность вся в нетерпении узнать, что это было.

— Илья Сергеевич, а расскажите мне про Барского, — я проигнорировал его вопрос. — Знаю, что он министр, а больше ничего.

— Он хочет купить у вас что-то? — оживился Коршунов. — Не думайте, что его что-то привлечет. Скорее всего, кто-то решил воспользоваться его именем. Семен Алексеевич отличается строгими взглядами на траты и не позволяет себе много предметов роскоши.

— Нет, не по такому поводу у меня вопрос. Услышал это имя, а теперь стало интересно.

— Да? — он моргнул и из торгаша превратился в нормального человека. — Министр иностранных дел, весьма серьезный. Слухов про него немного. Разве что в семье как-то был разлад, но говорили недолго. Должность, сами понимаете, обязывает. Много ездит по разным странам, как раз скоро будет выступать на съезде заграничных коллег. Буквально завтра. Или послезавтра? Не могу вспомнить.

Он огляделся в поисках предложенных напитков, но мой стол был завален бумагами. А шкафчик со спиртным был закрыт. С трудом удержав разочарование, Коршунов попытался вернуться в русло торговли.

— А как там дела с каталогом? У меня три клиента, хотя его видеть.

— Илья Сергеевич, не торопите события. Не установлено еще воздействие той шкатулки на остальные предметы. Да и потом, это все нужно держать в строжайшей тайне, а вы говорите, что от желающих купить прохода нет.