— А её семья? — спросил я, когда образовалась пауза.

— Я же не дурак, Костя, и всё проверил, — повёл он плечом. — Никого у Кати не осталось, она одна была, ни мужа, ни детей, ни родни. Хотя, двоюродный брат у неё был, но тот спился и погиб за два месяца до нашего знакомства в поножовщине, какой-то мелкий бандит. Шушера в общем.

Вновь образовалась тишина, а я посмотрел на женщину, которая всю историю дяди Жоры слушала внимательно и даже, можно сказать, прониклась. Да и Розали тоже, вон задумалась и смотрит в пустую чашку из-под кофе.

Вывод прост: история частично повторилась и травма дяди Жоры проецировалась на эту женщину. Знал ли это Нулевой Отдел? Конечно же, там не идиоты служат. Понимал ли это сам дядя Жора? С высокой вероятностью — да, в отличие от прошлого себя, жизнь успела его сильно потрепать и преподать тяжёлые уроки. Вероятно тут не только общая канва с памятью, военной основой(наёмник, конечно, а не солдат, но не суть), а также сама суть, что эта женщина не человек. Точнее, человек, но выращенный в пробирке. Вот только я вообще не удивлюсь, если она ещё и на Екатерину окажется похожей. Пусть не цветом волос или формой лица, но чем-то, что зацепило генерала.

— Осуждаешь? — спросил у меня суровый мужчина, бывший рыцарь Ордена и один из сильнейших магов Российской Империи. Но всё это снаружи, внутри же, даже без своей эмпатии и чтения поверхностных мыслей, я понимал — внутри у него царила буря.

Люди… Как же они сильно подвержены эмоциям. И я сам такой же.

— Нет, — коротко ответил я, прекрасно понимая подоплеку вопроса, всё же эта дамочка пыталась меня сначала похитить, а затем и прикончить. — Единственное, прошу тебя — не теряй голову.

Губы генерала приподнялись в улыбке и он кивнул.

— А как её зовут-то? — подала голос Розали.

Судя по тому, как дядя Жора смутился и молчал, а женщина с непроницаемым лицом молчала и всем видом показывала, что отвечать ему, я поймал себя на догадке. Очевидной, но всё же надеялся, что ошибался.

— Она сама разрешила мне дать ей имя, — отвернулся к стене генерал, чтобы не сталкиваться со мной взглядом.

— Меня зовут Екатерина, — всё-таки ответила за него женщина и пояснила. — Я понимаю, как это звучит и как выглядит для вас вся эта ситуация, но не нужно осуждать Георгия. Если для того, чтобы быть ему полезной и помогать мне необходимо стать отражением той, кого он когда-то любил и любит до сих пор, то я сделаю это. Он сохранил мне жизнь, спас от участи хуже, чем смерть. Он заботится обо мне, обучает и помогает. Я благодарна ему.

Я уже думал, что дядя Жора не мог смутится ещё сильнее, а нет, смог. И ведь молчал всё это время на свадьбе, ни словом не обмолвился.