Остановившись, я подбросил монету. Та до земли долететь не успела, нищенка подхватила её и без паузы спросила непонятное:

— Господин, к реке отойдём, в камыши, или прямо здесь?

— Здесь? — с трудом выдавил я из пересохшего горла.

— Ну здесь, так здесь, — спокойно ответила женщина и принялась скидывать свои обноски.

— Стой! — торопливо произнёс я. — Просто скажи, в какой стороне столица. Я правильно еду?

— А как тут можно ехать неправильно? — удивилась нищенка.

— И далеко до неё?

— Господин, вам на таком хорошем коне совсем недалеко. Считайте, уже почти в столице.

— Благодарю, — кивнул я.

Но не успел двинуться дальше, как женщина предостерегла:

— Господин, но я бы на вашем месте туда ехать не стала. Убьют вас там.

— Кто? — напрягся я.

Неужто действительно месяц в полубреду провёл, и за это время южане успели сюда добраться?

Но нищенка слегка утешила:

— Да шантрапа наша городская совсем страх потеряла. Бунтуют. Давно такого не было. Как корпус ушёл почти весь, так и не стало порядка. Вот, решила в деревню к родне податься. Сильно страшно нынче в посаде. Так что вы, если прямо поедете, прямо в посад и попадёте к ним. А они там совсем распоясались, без разговоров убить могут. Одежда на вас богатая, кони у вас хорошие, и рожа не здешняя. Да, они вас точно убьют. Не надо туда ехать.

— Но мне надо в столицу, а посад вокруг города. Значит, придётся ехать. Или есть другой путь?

Нищенка пожала плечами:

— Не знаю я никакой другой путь. Может к восточной стороне лучше? Это там, где лагерь корпуса. Не все ведь ушли, кто-то там должен за порядком следить. Это по нашей страже мухи свободно бегают, а в корпусе не забалуешь.

— На восточной стороне, говоришь?.. — задумался я и, тронувшись, наконец, бросил: — Благодарю, буду знать.

— Может всё же в камыши? — уже в спину предложила женщина. — А то больно много получается. Такая монета всего лишь за спрос простой.

Отвечать я не стал. Снова накатила такая слабость, что чудом в седле удержался.

Нет, восточную сторону искать некогда.

Мне бы до ближайшей, до южной, живым добраться…

* * *

И без предупреждения нищенки даже издали несложно догадаться, что в городе творится что-то неладное. Самые бедняцкие кварталы, как это часто бывает, располагались вокруг стен и валов. Тот самый посад: ничем не защищённый, нищий, беспорядочный. Застраивался он большей частью стихийно, потому и в лучшие времена смотрелся не очень, а сейчас и вовсе выглядел печально. Множество лачуг выгорело дотла, в некоторых местах вздымались столбы дыма от продолжающихся пожаров.

На ближайших подступах там и сям, будто часовые, стояли какие-то непонятные личности, дружно буравящие меня тяжёлыми взглядами. Некоторые из них почти сразу срывались с места, торопясь скрыться в лабиринте посадских переулков. Явно спешили кому-то доложить о появлении непонятного молодого господина.