— Неужели никто ничего не знает про эти подземелья? Я в это не верю. Ищи таких людей, они должны быть. Охотники за сокровищами, чистильщики канализационных труб и желобов, воры, скрывающиеся от правосудия преступники, любопытные мальчишки. Кто-то из них может что-то знать, и тебе следует отыскать таких знатоков. Приложи все силы, иначе рискуешь получить наказание. И про пустыню тоже продолжай искать информацию. Усердно искать. Твои бесконечные оправдания могут меня разгневать.

* * *

Пробудившись, я некоторое время таращился в потолок, почти ни о чём не думая.

Ну а что здесь думать? Не наградили, но и не наказали.

Однако наказанием пригрозить не забыли.

Всё как всегда.

Может зря я упомянул подземелья? С ними у меня связаны не самые радужные воспоминания… И да, я действительно знаю, насколько качественно некроманты умеют маскировать свои берлоги.

Если слухи хотя бы на четверть правдивы, под столицей сотни километров разного размера галерей на нескольких уровнях. Этот лабиринт осложнён многочисленными завалами, местами замурован, местами затоплен нечистотами, нередко пересекается современными подземными ходами и канализацией. Искать вслепую в таком хаосе бессмысленно.

Разве что лично спуститься и по откату кастовать Взор Некроса. Глядишь, поброжу там месяц-другой и на что-нибудь наткнусь.

Месяца-другого у меня нет, значит, для начала было бы неплохо подумать о перспективах сужения зоны поисков. А для этого, как и говорил старец, следует пообщаться с теми, кто знают о катакомбах не понаслышке.

* * *

В шатёр Кошшока я входил, заранее морально подготовившись к бесчеловечной химической атаке. Но, на удивление, внутренняя атмосфера не заставила мои колени подогнуться. Да, попахивало тут не цветами альпийских лугов, однако какой-то свободный кислород присутствовал.

Удивительно.

Вдвойне удивительно то, что полковой рэг не предавался пьянству, как все последние дни, а точил свою монструозную секиру. Веса в ней явно побольше, чем в моём вульже — солидная штуковина, и точильный брусок соответствующий.

— Надо же, как удивительно. Давно не видел тебя трезвым.

Кошшок, равномерно шоркая огромным бруском, ответил на это в своём духе:

— Исправить это недолго, если составишь мне компанию, десница.

— Как обычно, воздержусь. Я вообще-то не к тебе пришёл, а к твоему… как бы это сказать… Постояльцу.

— Ты где здесь видишь постоялый двор? Нет у меня никаких постояльцев.

— А это кто? — я указал на клетку.

— Это мелкое и вонючее зло, для которого я пока что не придумал казнь.

— Вот с ним мне и надо пообщаться.