На очередном повороте Ford занесло, и я не успел справиться с управлением, улетев в кювет. Спасибо, что не перевернулся. Треснулся башкой о лобовое стекло и взвыл от боли, но жалеть себя было некогда. Услышал, как стукнула дверка полицейской машины.

Как же всё неудачно сложилось.

Бежать.

Посмотрел на темнеющие впереди деревья. Может удастся затеряться в лесу, а там — глядишь, потихоньку выберусь к Тумановке.

— Стой! Стрелять буду! — послышался крик капитана.

Прозвучал первый выстрел: предупредительный, в воздух.

Следующий будет по мне.

Прыгнул вперед, пытаясь скрыться среди листвы деревьев. Может пройдет по касательной?

Послышался звук очередного выстрела, и я понял — не успеваю. Времени хватило только на то, чтобы развернуться и встретиться лицом к лицу со своей смертью.

Картина, представшая перед моими глазами, заставила застыть в оцепенении и открыть от изумления рот.

В пяти сантиметрах от моей физиономии в воздухе застыла пуля. Она не двигалась, но я чувствовал напряжение, с которым она пыталась прорваться сквозь вязкое марево. Казалось, словно что-то насильно удерживало её на месте. Легкое гудение со стороны пули нарастало с каждой секундой, а в следующее мгновение, свинец, застывший в воздухе, вспыхнул фиолетовым всполохом и прямо на глазах пылью осыпался на землю.

— Охренеть, — пробормотал я онемевшими губами, — Что здесь происходит?

Перевел взгляд на ДПСника, стоящего в нескольких метрах и крутящего головой из стороны в сторону. Капитан определенно точно не видел моего местоположения.

Неужели способность включилась?

Прислушался к себе.

Да, точно, так и есть, но помимо всего прочего, было что-то еще. Я не мог понять, что именно, но совершенно отчетливо ощущал, что мы с Устимовым находились по разные стороны границы.

— Какой еще границы? — прокричал мозг, не желая мириться с сюрреалистичностью происходящего.

Решил проверить. В случае опасности снова врублю отвод глаз.

Сбросил невидимость, готовый в любой момент применить способность и дать стрекача.

Устимов как стоял, озираясь вокруг, так и остался. На лице парня проступила досада и раздражение.

Интересно, а почему он остановился и не попытался зайти в лес?

В голове молнией вспыхнула мысль:

Может потому, что не может? Или, просто-напросто, потому что не видит этого самого леса, на границе которого я сейчас нахожусь?

— Бред, — фыркнул вслух и замер, но от ДПСника не последовало никакой реакции.

Значит, он меня не услышал.

— Эй, капитан! Я здесь! — на свой страх и риск прокричал я, пытаясь проверить возникшую в голове теорию.

Устимов даже не шелохнулся, лишь зло сплюнул на землю и развернувшись на сто восемьдесят градусов, зашагал прочь, матерясь и чертыхаясь.