Столкновение было неизбежно. Я уже хотел кинуться вперед, как почувствовал неуверенность волка.
Что-то сменилось в его позе и взгляде победителя. Он пару раз тряхнул головой, словно сбрасывая морок, а затем, поднял взгляд к небу и поджал хвост. Из пасти раздалось тихое поскуливание.
Я тоже недоуменно посмотрел вверх.
Над кронами деревьев занимался рассвет.
Тварь бросила на меня разочарованный взгляд, но никаких действий не предприняла, лишь тихо шагнула назад, скрываясь в предрассветных сумерках.
Со всех сторон раздался громкий, надрывный вой, а затем, послышался треск веток.
Стая странных волков уходила прочь, а я почувствовал, как ноги начали подгибаться.
Дрожащей рукой нащупал позади себя полено и опустился на землю, хватая ртом воздух.
Адреналин схлынул, и тело затрясло словно в лихорадке, только сейчас начало доходить, в какой смертельной опасности я находился.
— Какого хрена здесь творится? Куда я, мать вашу, попал? — прошептал онемевшими губами, видя, как с первыми лучами солнца преображается лес.
Запах разложения исчез. На месте сухих, безжизненных веток, снова появились зеленые кроны. Воздух приобрел легкость, а пожухлая и прогнившая листва, вновь обрела краски, начав наливаться жизненными соками.
Быстро затушив костер, подкорректировал направление своего движения и рванул вперед.
Второй такой ночи я точно не переживу, а значит, нужно как можно скорее выбраться из этого треклятого леса.
Глава 4
Определил направление и с упорством носорога ломанулся вперед, даже не обходя буераки, пробирался сквозь них, дабы не сойти с намеченного пути и побыстрее добраться до выхода. С каждым шагом росла уверенность, что я поступаю правильно. Если выискивать легкий путь, обходить завалы и миновать чапарыгу, просто потеряю время, до конца дня так и не отыскав спасения.
В кроссовках чавкало, джинсы по колено намокли от росы и неприятно липли к коже.
Руки уже давно покрылись царапинами, а лицо было исхлестано ветвями деревьев, но я не жаловался…
Да и кому?
Просто крепче стиснул зубы и ускорил движение. Пару раз растянулся на животе, запнувшись за кочку, и пропахал носом землю, но лишь хмыкнул и ещё усерднее заперебирал ногами.
Сам не знаю каким образом, но пересек границу леса. Понял это только по тому, как изменились внутренние ощущения. Чувство муторности, которое клубилось с момента попадания в странную зону — прошло, сменившись облегчением и некоторой нервозностью, но она ни в какое сравнение не шла с той напряженной опасностью, которая владела мной в течение последних нескольких часов.