Наконец-то этот театр абсурда закончился. А — нет, не закончился.

Работница почты пристально смотрела на меня, препарируя взглядом как лягушонка на разделочной доске.

— Никто не посылал мне голову… и палец, и ухо, и другие части тела тоже не посылал.

— Что тогда у вас в посылке?

— Эм-м…

Усмехнулся мысленно.

Ну да, а кладбищенская земля и засушенные листья, ну вот ничуть не подозрительно.

Уж лучше бы там оказался отрезанный палец.

Тьфу-тьфу-тьфу!

— Идите уже, молодой человек, — как-то устало произнесла Алла и закашлялась.

Язвительность женщины пропала без следа. Она даже перешла на «вы».

Алла вытащила из-под стола маленькую сумочку, и достав оттуда ингалятор, сделала пару вздохов.

Только тут я заметил небольшую странность, происходящую с женщиной, даже скорее не с ней самой, а тем, что происходило вокруг работницы почтамта, и нахмурился.

Почему я раньше не рассмотрел эту серую, противную массу в форме человеческого тела с пылающими злобой глазами и огромной пастью из острых, акульих зубов.

Сегодня я первый раз встретился с навьей, и это было плохо, потому что злобный призрак понял, что я его отчётливо вижу.

Нежить ощерилась, потянувшись ко мне, но достать не смогла, потому что одной рукой обвивала плечи работницы почты и отпускать явно не собиралась.

Наоборот, она ещё сильнее обвилась вокруг женщины, заставляя ту задыхаться.

Минуты через три приступ прошёл, но мертвая гадина никуда не делать, практически присосавшись к своей жертве и поглощая её жизненные силы.

— Вы ещё здесь? — удивленно поинтересовалась Алла.

— Угу.

— Надо же, какой настырный.

Пропустил слова женщины мимо ушей.

— Скажите, а давно у вас случаются такие приступы?

— Около года. Вам-то это зачем? Вы же не врач.

— Сейчас вы ощущаете слабость, тянущую боль за грудиной и небольшое жжение в верхней части тела.

Работница почты округлила глаза, с недоверием уставившись на меня.

— Откуда вы знаете?

Подумал, что ответить и решил сказать полуправду:

— Я народный целитель.

Во всяком случае, звучит лучше, чем ведьмак.

— Правда? — не поверила мне Алла, но в глазах у женщины зажглась надежда.

— Да, — кивнул в ответ.

— И вы можете мне помочь?

— Не знаю, — ответил честно, — но могу попробовать.

Тварь поняла мои слова и ощерилась, не понравилось навьи, что я могу лишить её кормушки.

— Хорошо. Ждите.

Алла грузно поднялась со своего места и скрылась в недрах почты.

Через пять минут она вновь появилась и вручила мне маленькую коробочку, завернутую в упаковочную бумагу.

— Надеюсь я об этом не пожалею.

— Не пожалеете. Спасибо вам, Алла.

— Когда вы планируете начать моё лечение?