Александр, к чему ты вообще всё это говоришь?

— Моя жизнь — ода Пожиранию. Если бы её воспел какой-то поэт, то она называлась именно так. Кстати, заметил, какой Эльза стала кроткой, когда ты разозлился? Почаще будь таким.

— Вали отсюда! — крикнул я, кинув в сигарету стакан. Александр как раз делал затяжку и я выбил его сигарету их призрачных рук. — Нашёл себе место курить!

— Да-да, — Александр рассмеялся. — Будь злым. Это отлично действует на Эльзу.

Я сдерживал себя, чтобы не кинуть в Демона-карателя что-нибудь ещё. Только один хрен всё пролетит мимо призрачного тела.

— Пойду спать, — сказал я Эльзе. — Выдвигаемся завтра утром.

Рони стояла у входной двери дома. Она слышала весь этот разговор и то, как я кричу на Александра. Мы пересеклись с девушкой взглядом, и я затушил сигарету на полу. Пожар нам здесь не нужен. И без того есть не самый приятный нюху сигаретный дым.

— Как ранение? — спросил я.

— Н-нормально, — ответила девушка, встав несколько ровнее. — Оно ерундовое, мне повезло. Тут главное вовремя обработать, чтобы не слечь с лихорадкой.

— Будь готова завтра.

— Да. Буду готова.

Ронни можно было и не спрашивать. Конечно же она будет готова. Птиц готовят очень-очень хорошо.

* * *

Утро выдалось зябким и туманным. Почва размякла после дождя и потому сапоги были тяжелым от грязи.

Без трех часов полдень, мы вышли на поля, где сплошь деревни и разные поселения. Пройти незаметно у нас получилось благодаря Ронни, но всё же пару раз нас вдалеке видели разные люди.

Третий сектор часто называли кормящим весь Монолит. Почва там очень плодородна, как и на юге Второго. Потому здесь и сплошь одни поля.

Если утро было прохладным, то день был очень-очень жарким. Мокрая почва высохла, а сапоги разогрелись так будто где-то рядом стоит печь.

Как и было рассчитано, к полудню мы оказались у стены, разделявшей Второй и Третий сектор. Тут тоже имелись тайные ходы, которые освоили птицы, но ими я пользоваться не хотел. Решил, что мы перелетим стену на антигравитационных поясах.

Мой пояс сломался после боя с Шафолоном, но я поменялся с Ронни. Хотя кроме механической поломки, возможно просто сел заряд — своим поясом я пользовался много.

Из-за того, что у нас два пояса на троих возникли небольшие сложности, но мы их решили. Я поднял Ронни на своем поясе, взяв на руки, под неодобрительный взгляд Эльзы. Но она ничего не сказала. Понимала, что так надо.

Стена здесь была чрезвычайно маленькой и тонкой. Всего лишь двадцать метров. Когда мы подошли к ней, Александр дал разведку наверх, и мы спокойно перелетели стену. Дозорные нам не встретились.