— Но вы не глава клана, — напомнил я.

Шэттеб кивнул:

— Да, не глава, и Меннай никогда не позволят такому, как я, стать главой их марионеток. Однако существует возможность использовать разделение формально подчинённого рода, несправедливо обделяемого старшей семьёй. Примеров несправедливости более чем достаточно, так что мы в своём праве.

— Что значит мы? — не понял я.

— Господин Гедар, вы меня плохо знаете, так что прошу поверить на слово, я не единоличник. То, как живёт моя семья, я не считаю справедливым. Как уже говорил, воспитатели привили мне любовь к чтению, а умные книги научили смотреть на мир под правильным углом. Я не просто хочу вырваться из Мена, я хочу забрать с собой тех родственников, которые близки мне по духу. То есть в идеале почти всех, за исключением верхушки. Нас немного, но все мы люди со сторонней кровью разного благородства или бастарды Меннай. В должных условиях мы со временем можем стать ядром сильной вассальной семьи, что поможет Кроу вновь возвыситься. Дайте нам своё покровительство и время, и мы не дадим вам повода усомниться в нашей преданности.

— Господин Шэттеб, у вас там, получается, заговор созрел? Почти все перебежать хотят? И что, Меннай на это никак не реагируют? Ослепли и оглохли?

— Даже если они что-то пронюхают, вряд ли сильно насторожатся. Они не глупцы, поэтому им прекрасно известно, какие настроения у нас царят. Причём царят не в последнее время, а всегда. И они также знают, что деваться нам некуда, мы связаны по рукам и ногам. Дело в том, что каждый Мена ещё в детстве приносит клятву на крови. Сила их рода не так велика, чтобы такая клятва мешала нам с вами сейчас общаться на такие опасные темы, но её достаточно, чтобы отслеживать каждого из нас. Не слишком точно, но достаточно, чтобы найти любого, если понадобится. Получается, встречаясь сейчас с вами, я сильно рискую. Если Меннай что-то заподозрят и начнут определять, где я нахожусь, мне будет трудно объяснить, что я здесь делал. Официально я сейчас нахожусь на побережье.