— Думаю, в следующий раз вы будете осторожнее, а у нас не будет и шанса, — улыбается Гнисир. — Но вряд ли стоит из-за нас менять какие-то свои планы.

— О, не переживайте, это мне стоит быть аккуратным, чтобы не слишком доставать вас, — зеркально улыбается собеседник. — Так что я буду счастлив, если вы или ваша сестра, а лучше оба сразу сыграете только против меня еще раз. К сожалению, я не могу пообещать вам прежнюю награду, так как это определяет артефакт Ифрата и обычно он не делится знанием с тем, кому уже один раз приоткрыл завесу тайн.

— Понятно. Но почему вы так увлечены игрой? Задета ваша гордость мастера игры?

— Гордость? Ха-ха, — Энедер отпивает из бокала. — Я бы так не сказал. Я родился в знатной семье и с раннего детства смотрел, как дедушка играл в мунлуд. Он научил меня правилам, и скоро я обыгрывал его в каждой игре. Потом я становился победителем на различных соревнованиях и свободных играх. В Гвент-Дее я даже стал весьма знаменитым, и тогда я действительно возгордился. Но когда мне в руки попала эта вещь, я забыл о гордости. Я вдруг ощутил, что мне доставляет удовольствие сама игра, а не победа. Я настолько привык ощущать превосходство на игровом поле, что стал мечтать почувствовать вкус поражения, не поддаваясь противнику. Сегодня я его ощутил, но мне потребуется некоторое время, чтобы полностью осознать этот опыт.

Ирай переводит взор на черную коробочку, что стоит на столике в стороне. Страшно даже подумать, какие тайны Ифрат спрятал в ней.

— Значит, вы теперь играете не ради победы, а ради самой игры? — спрашивает Амелла.

— Вот именно! — Энедер ярко жестикулирует. — Ведь в этом подарок бога игр нам. До Поветрия Ифрат был покровителем детей, шулеров, циркачей и знати, стремящейся к развлечениям. Были боги куда сильнее и влиятельнее него. Бог войны, бог правосудия и справедливости, богиня природы, бог солнца и прочие: в мире очень много важных аспектов, и игры раньше считались не очень важными. Разве что дети без них жить не могли, ведь для них это способ познания мира. Но пришло Поветрие, и боги пали. Все, кроме Ифрата. Он смог защитить нас и даровал Языковую Систему, так как люди не могли говорить на языке богов, и мало кто знал древние Наречия.

Теперь мастер мунлуда похож на фанатика с горящими глазами, который требует отдать душу Ифрату. По мнению Гнисира это звучит очень иронично.

— Открою вам секрет за вашу победу, — Энедер переходит на шепот. — Ифрат по-прежнему радеет за нас и предупреждает о скорых плохих временах.

— В каком смысле? — Гнисир делает вид, что ничего не понял.