Я утвердительно киваю головой.

— Это была съемка для моей песни. Некое театрализованное действо которое потом наложат на саму песню. Такой маленький художественный фильм для одной песни.

У дамы глаза начали распахиваться.

— Ого⁈ Стив⁈ А потом что? Куда этот фильм?

— Как куда⁈

Теперь уже я распахнул глаза.

— На телевидение конечно!

Аут. Тетка выпала в ступор. Ну и ладушки. Хоть отстала с этой дракой. А про Ролс Ройс вопрос он самый страшный. Эээх! Жизня! И без баб никак и с бабами обвал и камнепад на мою больную голову.

Все четверо опекунов зашли в приемную и мэр кивнул мне.

— Быстро в кабинет.

Стою, мужики сидят.

— Так. Времени в обрез. Мы тебя слушаем Стив.

Достаю из портфеля четыре акции Железной Дороги и раздаю каждому.

— Таких у меня ровно десять тысяч. По ним ни разу не получено дивидендов. Сами акции стоят пятнадцать миллионов долларов и сумма набежавших дивидендов равная восьми. НО!

Поднимаю палец вверх.

— Правильно и выгодно продать их не просто. И я договорился с очень серьезной трастовой фирмой из Бостона и они согласны выбить дивиденды и продать акции. Услуги они оценили в сто тысяч сразу и два процента от вырученных денег.

Тишина в студии, народ пытается осмыслить чего я сказал. Первым ожил шериф.

— Ээ? Малыш? Я правильно понимаю? Ты показал не весь клад?

— Точно так сэр. Показывать акции было делом преждевременным. Сейчас, в силу некоторых обстоятельств, время пришло.

— Ага.

Усмехнулся мэр.

— Надул бабе пузо и сразу появились обстоятельства.

Народ слегка ржанул а я развел руки.

— А я че? Она сама.

Шериф полез в свой портфель и достал папку с бумагами.

— Я тут маленько покопал по семье Кокс. Ничего такого, просто поговорил со знакомыми в разных штатах и в армейской разведке. Про старика Кокса ходят странные и даже страшные слухи. Многие конкуренты, особенно в Европе, разорялись, стрелялись и попадали в автокатастрофы. И все это шло на пользу семье Кокс.

Пожимаю плечами.

— Я не знаю. Я уже докладывал что старика послал по телефону.

— Господа мы отвлеклись.

Пристукнул по столу мэр. Он кивнул мне.

— Продолжай Малыш.

— Мне нужны подписи на договоре. В обмен я даю два миллиона на строительство нового и полностью оборудованного госпиталя в Биллингсе.

Док даже подпрыгнул.

— Это?!! Ооох, спасибо Стив!!

Мэр пристукнул по столу ладонью.

— Док. Тихо. Малыш. Двадцать три миллиона это невообразимые деньги. Это бюджет Биллингса за тридцать лет. Ты собрался вкинуть деньги в песенки?

— И не только. Мм? Немного о том на чем живет город. Основные деньги приходят в город с Железной дороги. Железная дорога умирает и это факт. Президент Эйзенхауэр, в 1956 году, подписал указ и выдавил деньги из сената и конгресса. Америка начала строить сеть федеральных, автомобильных трасс по единому стандарту. Надеюсь слышали про интерстейты? Вливания от федералов безумные. По семь миллиардов долларов ежегодно. Далее. Авиация почти добила железку и процесс смерти начался. Пять лет назад, в США было 416 тысяч миль железных дорог, сегодня их осталось триста пятьдесят тысяч. И процесс сжимания нарастает лавинообразно.