— Ладно, стойте. Угощать не буду, уж не обижайтесь.

Варились грязуны так себе: жесткие и жира практически нет. Но пахло относительно съедобно. Рич как-то в детстве приболел, так ему Док «легкий бульон» прописал. Искали тогда самую поджарую курицу, потом бульон процеживали и еще что-то делали. В общем, вот она, диетическая жизнь.

— Чувствую, чрезвычайно мы здесь оздоровимся, — пробормотала Дики, вылавливая из супчика голову грязуна. Есть хотелось весьма и весьма.

Что можно сказать? Голова дичи разварилась, около жала намечались даже какие-то символические мускулы. Вкус… грязуний. Зато горячее, что после ливней, сырости и битв, весьма к месту.

Бульон оказался получше мяса, действительно о курицах и мирном замке слегка напоминал. Неспешно допивая, Дики озирала театр боевых действий и размышляла.

В принципе, жить можно. Остров небогатый, но бывало и хуже. Белка вон одна на Клыке выживала, потом и вместе с Лот-Той, и было им очень не сладко — там ведь и прогуляться толком негде. А здесь простор, развлечения — добыча на тебя сама сбегается, сплывается и слетается. Местами даже очень богатая местность — вот, топорик, разве плохо? Опять же крейсер… лезть поглубже внутрь мы не станем, это крайне неосмотрительно, но убежище и «эн-пэ»[1] недурное. Еще бы этот… соглядатай сгинул…

Дики покосилась на люк — Пулеметчик торчал на месте. Ладно, есть такое умное слово — нам индифферентно.

Разведчица вылизала миско-плафон (мыть будет легче) и принялась вырабатывать план операции. Попутно следила за маневрами остатков грязуньего поголовья и разглядывала топор — ого, заточка на лезвии — это Заточка!

Висели над головой черно-багровые тучи, в воздухе ощутимо парило, тяжко порхали внизу поганые грязуны. К берегу вновь подошли крупные рыбы — охотились на мелководье (давайте-давайте, меньше кровососущих — чище боевая экология). Погоду бы еще подправить.

А ну-ка, песню нам пропой, веселый ветер,

Веселый ветер, веселый ветер!

Моря и горы ты обшарил все на свете — затянула разведчица[2].

Искусство петь у Дики было развито так себе — не в вокале главная сила. Но отчего не ободрить себя правильными стихотворными мыслями? В древности песню придумали, а тогда толк в формулировках знали.

Вымытая миска отправилась сохнуть, а заодно наметился маршрут предстоящего рейда. Главное в нем будет — осторожность и тщательность!

Спой нам, ветер, про чащи лесные

Про звериный запутанный след,

Про шорохи ночные,

Про мускулы стальные

Про радость боевых побед!

О, кажется, сгинул морок! Развеялся, не выдержав прямого вокального намека.