А вот Лэно, наоборот, как будто что-то разглядел.

— С радостью, — вот и все, что он сказал русским офицерам, и бросился готовить свой «Скаут».

А тем временем их суета начала привлекать внимание остальных летчиков. Молодые и опытные, закончив с собственными вылетами, они стали подтягиваться к ним, задавая раз за разом одни и те же вопросы.

— Кто это?

— Русские.

— Что хотят?

— Бросили вызов Хоукеру.

— Они тупые?

— Они считают, что сделали аэроплан лучше, чем мы.

И чем больше повторялись эти вопросы, тем веселее и яростнее становилась обстановка. Джеффри это чем-то напомнило футбольные матчи: не так бескомпромиссно, как между своими лондонскими командами, но вполне в духе того, как встречали тех, кто в такие дни приезжал из Манчестера или Эдинбурга.

Русский и Лэно тем временем договорились о правилах: они взлетают, расходятся, набирают высоту. Победу присуждают тому, кто первым три раза подойдет на дистанцию в тридцать метров.

— Капитан Хоукер только за это лето сбил шесть немецких самолетов, — к товарищу русского летчика начали подбираться парни из эскадрильи Лэно. Все как обычно: в небе своя битва, на земле своя.

— Смог бы он это сделать, если бы у него был передний винт и не было пулемета? — де Хэвилленд и сам не удержался от небольшого подкола.

— Смог бы он это сделать, если бы это были не старые разведчики и «Альбатросы»? — хмыкнул молодой русский летчик. — Я ведь прав, «Фоккеров» ваш капитан не сбивал?

— Их еще никто не сбивал!

— Прапорщик Крылов сбил один, сражаясь против двух врагов одновременно, следующего в схватке один на один и еще двоих в групповом сражении. Так что правильнее было бы сказать: никто, кроме нас.

Повисло неловкое молчание, которое нарушил командир новой 18-й эскадрильи майор Бранкер.

— Значит, это вы лишили германцев неба во время их последнего рывка на Вильно?

— Мы.

— И, значит, из-за вас они поняли, что с Восточного фронта ничего не взять, и теперь всеми силами навалятся на нас? — майор добавил в голос грозных ноток.

— Из-за нас, — молодой офицер только гордо вскинул голову.

— Хорошая работа, — Бранкер хмыкнул, а потом подошел к русскому и пожал тому руку. — А теперь, господа, давайте посмотрим на то, чему научились наши союзники!

Вовремя он это сказал: с параллельных взлетных полос одновременно рванули вперед два аэроплана. «Скаут» Хоукера и «МИК» русского. Нет, Крылова — де Хэвилленд вспомнил его второе имя. Или, как говорят русские, фамилию… Казалось, что обе машины начали соревноваться еще на земле. В скорости, в том, как быстро они оторвались от поверхности — и тут вперед вырвался Лэно. Его биплан быстрее поймал воздух и пошел вверх, но вот потом уже Крылов его догнал и даже опередил.