— Ладно. Чего тянуть кота за… — Донёсся до меня её вздох. — Иди в спальню, раздевайся, я сейчас приду.

Так сухо и по-деловому у меня ещё никогда не было. Нужно было как-то расшевелить ситуацию, но я пока не знал как. Я молча встал, поставил бокал на стол и, задумавшись, побрёл в её спальню. Может она хочет меня чем-то удивить? Эротический танец, например, или ещё что-то…

Удивила. Через пять минут Алина Николаевна предстала передо мной совсем в новом образе. Чёрный кожаный бюстгальтер без чашечек, оставляющий её грудь неприкрытой, чулки, чёрные сапоги на тонкой высокой шпильке, широкий чёрный кожаный пояс, и куча маленьких ремешков и застёжек, идущих от него в разные стороны. В руках она держала большой чёрный член.

— Раздевайся и ложись животом на кровать! — Приказала она, оценивающе пробежавшись по моему телу жадным взглядом.

— Ты дура? Я же ясно выразился, я не из этих! Выкинь эту хрень и не вздумай подходить ко мне с ним!

Я глазел на её розовые соски с пирсингом, не отрываясь. Они меня прям манили и завораживали, так и хотелось впиться в них поцелуем, оттянуть зубками эти блестящие бусинки на сосках и сделать ей немножечко больно, или приятно. Я ещё не определился с этим. А трусики у неё всё-таки черные! Почему-то я так и думал.

— Хм... Может ты и не врешь… — Она оценивающе посмотрела на мой торчащий наряжённый член и красную головку. Подошла ближе, обхватила его рукой, сжала, прикусив свою губку, и откинула в сторону свою ненужную и бесполезную игрушку. Через секунду, в ту же сторону полетели и её трусики, открыв мне обзор на манящий треугольник коротких волос внизу. Чёрный аккуратный треугольник.

Я протянул руку и коснулся девушки между ног, которые она с готовностью раздвинула пошире. Её горячие, упругие и влажные губки нехотя расступились, пропуская мои пальчики внутрь, и Алина тяжело задышала. Её идеальная грудь с острыми, твердыми сосками требовала ласки, и я с удовольствием приник к этим тяжёлым спелым полушариям губами, по очереди пробуя то одну, то другую.

Она сжала мой член сильнее, впиваясь в него своими коготочками и, посмотрев в мои глаза своим осоловевшим взглядом, перевела свой взор на него, хищно облизнувшись.

Там, внизу, у неё всё горело от желания. Нижние губки набухли от возбуждения и ласки, между ними стало неимоверно скользко от смазки. Несколько раз пирсинг ударился о мои зубки, и это стук завёл меня ещё больше. Это вообще возможно? Я пробежался язычком по соскам, постучал металлическими украшениями ещё несколько раз, и девушка застонала.

Алинка оторвала моё лицо от своих грудей, наклонилась ближе, поцеловала и повалила меня на кровать. И я потянул её за собой. Она нависла надо мной, касаясь своими сосочками моего лица, замерла на секунду, подразнивая, и уверенно подалась вниз.