В этом здании планировка была немного иной. В конце комнаты справа за поворотом сразу скрывалась лестница. Широкая, добротная. Поднявшись по ней на второй этаж, увидел коридор шириной в метр и четыре двери. Так. И куда мне?

Толкнув первое деревянное полотно слева, вошел в комнату. Это спальня. Сейчас тут сидела молодая девушка и расчесывала светлые волосы, глядя на себя в ростовое зеркало. Слева, у стены, стояла кровать, укрытая тонкой вуалью и пару тумб по бокам. На каждой из них на тарелке согнулась в поклоне восковая свеча.

Напротив пара окон и широкий стол с тремя стульями, а справа огороженный угол — скорее всего, гардеробная. Рядом с ней находилась и женщина.

Голубые глаза расширились в ужасе, но собеседница молчала, поджав тонкие губы. Острый аккуратный нос, ладная фигура и в каждом движении проскальзывают знатные замашки. Голубое длинное платье в пол без корсета и подъюбника, смотрелось не очень богато, но ткань… Такую графы носят, не меньше.

— Чья дочь? — спросил сходу.

— Кто Вы, господин? — спокойно произнесла собеседница.

Однако я видел, насколько сильно она напряжена. Движения рук скованы, плечи закаменели.

— Скажите, кто Ваш отец. — повернулся к ней всем телом. — После чего можете забрать детей, если они есть, и бежать отсюда. Мне нужен только Ваш муж.

Осталось еще воевать с женщинами и детьми, чтобы окончательно опуститься на дно. Я смотрел в ее глаза твердо, не отводя взора. Она отвечала мне тем же и старалась держать «лицо». Благородные черты придавали свои штрихи. Внебрачная дочь барона или графа?

— Вы убьете его? — ровно уточнила женщина и грациозно подняла себя на длинные ноги.

В голове скользнула одинокая мысль: хороша, чертовка. Ради такой женщины можно и в ад отправиться. Просто ее супругу не повезло. Его подставили. При том, с особым цинизмом.

— Да. — отозвался негромко.

И тут лицо девушки… исказила злобная ухмылка. Интересно, как она оказалась замужем за таким человеком? Взял силой, чтобы передать черты знати своим потомкам?

— У этого борова нет детей. — выплюнула собеседница. — Если Вы не против, я бы посмотрела на его казнь.

— Покиньте здание. — посторонился я и поморщился. — Это не представление в уличном театре. То, что я Вас не тронул сразу, не означает, что не сделаю это в будущем.

Женщина вздернула нос и пошла вперед, неся себя, словно драгоценность. Рядом со мной остановилась на секунду и скосила взгляд.

— Постарайтесь тут все не разрушить. — сказала негромко. — Мне бы хотелось сегодня спать на своем ложе.

— Как пойдет. — пожал плечами и ухмыльнулся.