Гил же тогда говорил, что отправит людей по деревням! Что ж я за дебил!

Дыхалка быстро сбилась, но я сжал зубы и прибавил ход. Спина взмокла, со лба покатились крупные капли пота. Я обязан быстро добраться до деревни, где меня ждет принцесса. Я должен все увидеть своими глазами.

Впереди замаячили городские ворота. Уже закрыты. Владелец я атрибута или нет? Лед сверкнул в фонарях, очищая мою голову и делая отверстие в деревянном полотне и решетке за ней.

Двое стражников кинулись ко мне, что-то крикнув, но меня уже было не остановить. Тряхнув головой, чтобы сбросить капли пота, пролетел через проделанный проход и выскочил из столицы.

Ноги гудели, но я заставил себя забыть об усталости. Если Орфейю похитят, то все это зря!

Впереди замаячили конюшни. Брать лошадь в городе было глупой идеей, а вот за его пределами…

Именно тут я тогда был в поисках транспорта, когда готовил побег из столицы в первый раз. Свет нигде не горел, но он мне и не нужен. Я плечом выбил дверь в конюшню и тут же окинул взглядом помещение.

Во рту, которым я тяжело дышал, тут же осел противный аромат навоза. Ровные ряды дверей, что ведут в стойла. Несколько фонарей, из которых горел только один. Под ним на охапке сена спал мужик. Теплая телогрейка, плотные штаны и высокие сапоги.

Он свернулся калачиком и громко храпел. Запах сивухи над ним, казалось, можно руками пощупать. Я тут же толкнул его ногой, и он развернулся на спину, раскинув руки в стороны.

— А ну вставай! — гаркнул громко.

— Хр-хр-хр. — был мне ответ богатырский храп.

Ждать я не стал и просто ударил по ребрам, отчего тело пьяницы крутанулось через правое плечо, и он застонал.

— Вставай! — повторил свой позыв.

— Господин. — попытался прийти в себя конюх и поднял на меня мутный взгляд.

Я тут же сформировал шар огня на ладони и глаза собеседника расширились. Я глядел в немолодое лицо работника, на нем был широкий нос, уши оттопырены в стороны, а карими гляделками он смотрел на меня с ужасом.

— Быстро седлай самого быстрого коня. — выдал я, не давая опомниться.

— Да-да. — проговорил конюх, неуклюже переворачиваясь и поднимаясь на ноги.

Время, казалось, летело слишком быстро. Не знаю, сколько прошло, но по мне так целый час. Вскоре мужчина вывел оседланного коня из конюшни и подвел к двум широким ступеням, где можно было забраться на него.

Я сунул руку в кошель и бросил монету не глядя, после чего забрался на свой транспорт.

— Этого должно хватить. — бросил небрежно и потянул за уздечку, разворачивая животное.

Бросив прощальный взгляд на мужчину, увидел, как у того загорелись глаза. Он проверил монету на зуб, сверкнув золотом, и воровато спрятал ее куда-то за пазуху.