В груди зарождался страх. Они, не стесняясь, пытались меня убить, а значит живым я никому не нужен. Сдаться и выиграть время не выйдет.

— Хит! — воздух разрезал голос Гилкона. — Стой!

Я не стал ничего отвечать, боясь сбить и без того убитое дыхание. В левом боку закололо. Селезенка, мать ее, вспомнила, что она существует. Ноги натружено заныли. Организм, словно издеваясь, начал подкидывать проблемы оптом.

В голове появилась новая мысль — а может остановиться и будь, что будет?

— Су-у-ука! — протяжно простонал я, понимая, что в шаге от того, чтобы сдаться.

Сжав зубы, поднажал. Работать! Я знаю, ты можешь!

Коридор для слуг встретил меня тишиной. А чего им тут делать? Ужин у знати закончился давно. Впереди показалась кухня и спина главного повара дворца. Я бросил взгляд назад, преследователя не видно, но это ни о чем не говорит.

И только тут я понял, что сам загнал себя в угол. Спрятаться в помещениях сбоку не выйдет — Гилкон рядом и заметит открытие или закрытие двери. Ритогон невольно выдаст меня своей реакцией.

Отчаяние начало затапливать сознание. Картинка перед глазами сжалась в точку. Звуки шагов отдавались в голове ударами кузнечного молота по наковальне. Что же я таким глупым уродился?

Однако деваться уже некуда. И потому я влетел на кухню на всем ходу и тут же, оттолкнувшись от левой ноги, скользнул вправо. Рыжий бандит, не веря своему счастью, через долю секунды оказался рядом. Я сжался, скукожился и постарался притвориться ветошью в углу — авось не заметят.

Ритогон насвистывал какую-то песенку под нос и резал что-то на разделочном столе, словно меня и не заметил. Я же пытался поспешно восстановить дыхание, чтобы не шуметь, как пылесос.

В коридоре послышались торопливые шаги и мерное «хэ». Я тут же прикрыл рот руками, стараясь не выдать себя. Звуки набоек сначала замедлились, а следом и затихли. После чего послышалось открывание двери, спустя минуту открылась другая.

— Тварь! — услышал я разочарованный голос и стук каблуков начал удаляться.

Повар дворца стоял, как ни в чем небывало, и продолжал мерно работать ножом. Я откинул голову на дверцу шкафа и погладил кота, который уже покрыл шерстью мои штаны и взялся на рубаху.

— Тебя кормить, Хит? — внезапно резанул голос творца. — Или ты без приглашения завалился по другой причине?

Я отчетливо слышал обиду в словах Ритогона. И когда я успел впасть в немилость?

— Буду благодарен, если порадуешь меня своим талантом в очередной раз. — сказал я, не желая подниматься с пола.

Вот блин! Даже невольно фразу сделал очень длинной, чтобы подольше посидеть на полу без движения. М-да. За последние двадцать минут я знатно вымотался.