Прибывших встречали. И не кто-то, а секретарь императрицы — Фироэль Сентор Дайрис. Красивая женщина невысокого роста, которая создавала впечатление этакой улыбчивой, смешливой и не сильно умной дамы. Это впечатление подчеркивала эффектная внешность. Чуть не ангельское личико, голубые глаза, чувственные губки, высокие скулы, аккуратный носик и круглый подбородок. Лицо обрамляли длинные белокурые вьющиеся волосы. Фироэль к тому же любила более откровенные, чем принято, наряды, вот и сейчас на ней было светло-голубое длинное платье с довольно смелым декольте.

— Дорогой герцог! — промурлыкала Фироэль и без стеснения подхватила подошедшего мужчину под руку. — Я так рада вас видеть!

— И я тебя, Фира, — улыбнулся Хагер Аассен. — А ты с каждым днем все красивее.

— Ох, герцог! — изобразила смущение женщина. — А вы все также стремитесь вогнать в краску бедную девушку!

Мужчина усмехнулся. Сопровождающие Аассена, в том числе и секретарь, слегка приотстали от них, чтобы не мешать беседе.

— Тебя вгонишь — негромко произнес герцог, улыбаясь, и обвел подбородком Академию. — Помню, это ты всегда так делала.

— Какие славные были дни, — по губам Фироэль скользнула слегка грустная улыбка. — Кстати, твой внучатый племянник, по всей видимости, решил пойти строго по твоим стопам, Хагер.

Мужчина слегка приподнял вопросительно бровь.

— К счастью, он не в одном корпусе с отпрыском Сейруса, — продолжила Фироэль. — Но уже успел знатно потоптаться на его поле.

— Для этого потребовалось мое присутствие? — поинтересовался герцог.

— Конечно, нет, — ответила женщина, неуловимо сменив, и интонацию, и манеру держаться.

Сейчас рядом с Аассеном шла именно секретарь императрицы, а не давняя подруга… и такая же давняя партнерша по горизонтальным утехам.

— Все гораздо серьезнее, — продолжила Фироэль и на ее лице отобразилась редко кем виденная хмурость. — Сын Брана оказался… скажем так, слишком одарен.

— В каком смысле? — не понял герцог.

— Знаешь, во всех, — ответила женщина. — В первый же день пребывания в Академии, он уже успел поучаствовать в дуэли. Причем именно с младшим Сейрусом.

— Тот жив? — отрывисто спросил Аассен.

— А ты, я вижу, очень хорошо знаешь своего племянника, — посмотрела на мужчину Фироэль. — К счастью, дуэль велась на деньги. И Сейрус выставил вместо себя секундария.

— Я очень хорошо знаю его отца, — ответил герцог. — И сейчас мы словно говорим о Бране.

— Ну, я знала еще одного… юношу, — Фироэль многозначительно посмотрела на Аассена. — Которого тоже было трудно упрекнуть в излишней скромности и нерешительности.