Сказав это, Эварницкий метнул шляпу, как какой-то диск. Радамир поймал её и довольно улыбнулся. Шляпа пусть и смотрелась как расплющенный диско-шар, но легко поглощала разрушительную силу, и что-то не было видно даже намёков на то, что артефакт вот-вот развалится.
Где бы Эварницкий ни пропадал, он сковал великий артефакт.
Глава 12 Триумфальное возвращение не героя, или Когда не жена встречала без сковородки
Нет ничего хуже (или лучше?), чем парочка выпивших мастеров.
С Гефестом я ранее знаком не был. Бог-кузнец, один из великих, заметно выделяющийся на фоне всех прочих богов-мастеров-кузнецов, которых, между прочим, на нашем Олимпе десятки, если не сотни.
Надо сказать, что с самим Гефестом-изначальным я не встретился. Ко мне пожаловал кто-то вроде начальника отдельно взятой кузницы, специализирующейся на материалах с древнего змея. Те боги, что посильнее, были способны создавать сколько угодно, лишь бы сил хватило, персонификаций. Персонификация для управления кузней? Легко. Ещё десяток персонификаций-мастеров, чтобы взяли на себя пусть и сложные, но какие-то отдельные, конкретные задачи? Снова да. Ещё сотня болванок с ограниченной волей, разумом и навыками для решения самых простых задач? Пожалуйста.
Звучит немного странно, но я попал в кузню, где работали сотни Гефестов, но лишь малая часть из них тянула на статус разумных. Зрелище то ещё. Чем-то обычный офис напоминает. Только вместо людей — штампованные изделия. Ну да какая разница? Явившаяся частичка бога была в полной мере разумна, обладала колоссальным опытом в области кузнечного дела, немного скучала на своём рабочем месте (попробуйте делать одно и то же веками, поймёте, о чём речь), поэтому была не прочь пригласить гостя и развлечься с ним. Я тоже был не прочь пообщаться с подобной сущностью. Единственное, что смущало — время и возможные проблемы, но с первым пришлось смириться, а второе — ничего такого не произошло.
Мы переместились в другой мир, куда-то под вулкан, в здоровенную мастерскую-кузницу, где фонил источник ранга так пятнадцатого навскидку. А дальше у меня случилось что-то среднее между жёсткой тренировкой, попойкой и задушевными беседами. Теми самыми, где вам в голову приходит какая-то безумная мысль и вы, пьяненькие, идёте её воплощать.
Собственно, так и родилась радужная шляпа.
Боги, как я ржал, когда ковал её. Рядом ржал Гефест, не забывая прикладываться к забродившей амброзии — аналогу божественного вина. Шляпа, мягко говоря, получилась на вид максимально фриковой, с намёком на склонность к не самым традиционным пристрастиям того, кто её будет носить.