— Пусть пообвыкнет, господин — развел руками здоровяк — При вашем-то виде рука сама к оружию тянется. А Горкхи наш та еще трусливая душонка. Даже тени боится.

— Как там Алларисса с Лени? — против воли вырвалось у меня изо рта, и я тут же прикусил язык, злясь на самого себя.

— Никак — пожал плечами здоровяк и чуть помявшись, добавил — Странное какое-то дело, господин… Лени тот светится весь из себя, глазом так и сверкает на радостях. А вот она… в ней я радости не вижу. Равно как и вместе жениха и невесту не вижу. Девчушка так и вовсе от подола Нилиены не отрывается, сиднем сидит на кухне. Я было подступился с расспросами, так едва рот раскрыл, Нилиена ровно озверела, едва меня не пришибла. Не суй, мол, свой нос, куда не следует. Без тебя, мол, тошно. Ну, я и отступился от греха подальше. Вы бы, господин, поговорили с кухаркой нашей, а то она баба дура, кроме вас никого не слушает — пожаловался дюжий здоровяк — Годы летят, а характер ее мягче не становится!

— Вы что, совсем обнаглели? — взорвался я — Ты прям как Тезка! Что я должен сказать Нилиене? Не обижай, мол, бедолагу Рикара? Того самого, который лютый глава наших воинов и у которого борода до пояса?

— Ну, не до пояса покамест — Рикар любовно провел ладонью по бороде — А с Нилиеной разговаривать не буду, господин! Прикажите, и я в одиночку к Ледяным Пикам отправлюсь, а с этой склочной бабой спорить не собираюсь. Один раз уже не сдержал язык за зубами, так потом две цельных две недели моя зазноба по Нилиениному наущению от меня лицо воротила, и я все ночи один одинешенек коротал!

— Я сколько себя помню, все в одиночку ночи коротаю! — рявкнул я.

— Ну… это уже дело ваше, господин — пробасил Рикар, старательно пряча пляшущие в глазах смешинки — Вы по энтому делу у нас не ходок. Как на кабана сходили в тот день злополучный, так словно и отрезало. Уж не знаю, что вам тот кабан такого сказал…

— Может, что и сказал — улыбнулся я — Но это дело прошлое. С Нилиеной я спорить не собираюсь. Еще не хватало, чтобы я в женские слезливые дела лез. Потому и тебя послали куда подальше. Аллариссу не трогай, про свадьбу ничего не выспрашивай. Мой тебе совет — возьми в оборот нашего рыжего болтуна Лени. С ним и поболтай по душам. А потом мне все обскажешь.

— Верно мыслите, господин — чуть подумав, признал здоровяк — Разберусь.

— А сегодня вечерком, сразу после ужина, собери наших главных в том углу двора, где мой спальный сугроб. И вели позвать этого… ну с черной бородой который, что у наших бывших пиратов самый говорливый…

— Мукри что ли? Здоровый такой.