Элия чуть покачала головой:

— Скульптор — это громко сказано. В юношестве я обожала лепить фигурки из пластелина. Даже анатомией интересовалась ради этого дела. Но, при очередном переезде, вся моя коллекция фигурок была уничтожена завалившемся стеллажом в газельке. — Она развела руки в стороны. — Пластелин — слишком уж ненадёжный материал. Плакала над сплюснутыми остатками своей коллекции дня два. А после, у меня как отрезало. Слишком жалко было сотни своих фигурок, да и некогда уже было — нужно было усиленно готовиться к поступлению в университет…

Я перевёл взгляд обратно на наши бюсты.

Впечатляет.

Обняв свою новоиспечённую жену, посмотрел ей в глаза:

— Нет, громко не сказано, ты — настоящий скульптор. — Поцеловал в губы и подмигнул. — А горы — гораздо более надёжный материал, чем пластелин.

Моя жена аж засмущалась немного. На её щёчках проявился румянец:

— Тут место безлюдное. Я просто хотела оставить пасхалку в память о нашем с тобой тут пребывании. — Затем, она подняла на меня свои огромные глазищи. — Тебе, правда, понравилось?

Как же миленько она выглядит, когда смущается. Только расшаркивания ножкой не хватает.

Ответил:

— Конечно!

А про себя подумал, что и пасхалка — это прямо, что-то символичное. Я ведь своё появление в Легенде, как раз, с пасхалки и начал.

Девушка потянулась ко мне и чмокнула в губы:

— Спасибо тебе за такой подарок! Я ведь даже со всеми божественными умениями не разобралась, но это УЖЕ гораздо и гораздо лучше, чем предоставление Тузика в “аренду”! — Девушка подняла палец вверх. — А я ведь его люблю!

Я усмехнулся:

— Да кстати, на счёт маунта... У меня для тебя есть кое-то ещё.

Брови девушки взметнулись вверх:

— Что-то ещё? Да ты меня балуешь!

Открыв меню, я вызвал Бобика, и перед нами появился зад единорога…

Жена оглядела зверя и повернула ко мне восторженный взгляд:

— Это кто?

Я улыбнулся:

— Знакомься, это Бобик — твой новый питомец.

Элия расширила глаза, но тут же повернула голову ко мне:

— Бобик?

Я слегка пожал плечами:

— Так вышло.

Жена покачала головой, но, махнув рукой, осмотрела маунта ещё раз.

— Какой красавчик! Настоящий милаха!

Она подошла к Бобику, положила ладошку на круп и провела ей по всему телу единорога, медленно шагая к его морде.

Когда Элия к ней приблизилась, Бобик фыркнула и отвернула свою морду в сторону.

— Ну-ну, ты чего? — Элия начала интенсивно гладить шею маунта. — Краса-авец!

— Это кобыла.

Жена замерла и перевела на меня нечитаемый взгляд:

— Бобик!? Кобыла!?

Я пожал плечами посильнее, чем в первый раз, но объяснился аналогично:

— Ну... так вышло. И было за что.