Во время трапезы, мы молчали. Когда же я приступил к компоту, дядя Коля не выдержал.

— Ты кто такой, парень? — Спросил он.

— Человек, — коротко ответил я.

— Я вижу, что человек. Ты как смог безнадежного пациента вылечить? Откуда у тебя такие способности?

— Не знаю, после болезни это у меня. Само появилось.

— Нам нужно изучить этот феномен, — произнесла, молчавшая до этого женщина.

— Изучайте, — согласился я.

— Так вы согласны, если мы вас немного изучим? — Обрадовалась женщина.

— Нет, не согласен. — Где в моей фразе вы услышали мое согласие на изучение? Меня изучали в Уфе. Я такой же человек, как и все. Ничего особенного не нашли. А становится подопытной крысой еще и в вашей клинике, я не хочу.

Видя мой настрой, женщина не стала обострять. Пообедав, мы направились к больному. На восстановление обожженной кожи у меня ушло около часа. Это было гораздо легче, чем лечить внутренние органы. Даже бинты не мешали. Все это время, дядя Коля следил за показаниями приборов. Само собой ничего особенного он не увидел. Закончив, я отвлек его от увлекательного занятия.

— Он здоров, — произнес я. — Привести его в чувство или вы сами? Да, кстати, бинты можно снять.

— Если можете, — произнес врач. Приведите его в чувство.

— Хорошо, — ответил я и коротким магическим импульсом привел больного в сознание.

— Никуда не уходите, молодой человек, — произнес доктор. — Нам нужно поговорить.

Я кивнул и вышел за дверь. Следом за мной вышел и Вячеслав Александрович, который, как и ночью, наблюдал за все процессом. В коридоре стояли молча. Я немного устал, и болтать не хотелось. Минуты через две, в палату зашло еще несколько врачей. Дядя Коля вышел минут через двадцать. Он попросил нас следовать за ним. Приведя нас к себе в кабинет, он налил нам чаю и уставился на меня.

— Молодой человек, — начал он, немного помолчав. — Вы не могли бы посмотреть еще нескольких наших больных. Я хочу, чтобы наши специалисты понаблюдали за лечением.

— Могу, если это много времени не займет, — ответил я.

— Отлично, — обрадовался врач. — Может, сейчас приступим?

— Можно и сейчас. Когда мы обратно поедем? — Спросил я у офицера.

— Завтра утром, — коротко ответил Вячеслав. Вид у него был недовольный.

Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату вбежал еще один врач.

— Николай Сергеевич, вы должны это видеть, — заорал он. — У больного из двадцать первой палаты кожа полностью восстановлена.

— Подождите минуту, — обратился к нам доктор и вышел.

Вернулся он минут через пять, я как раз допил чай. Вид у него был ошарашенный. Он позвал меня к другим больным. Как оказалось, нас в коридоре ждала целая делегация. Смотрели они на меня с каким-то недоверием, а одна женщины с опаской.