Она посмотрела на меня, поджала губы, но сдалась:

— Ты невыносим, Лександр Лазарь, — выдохнула она, скрестив руки под грудью.

— Я знаю. Но я тебя всё равно устраиваю, разве нет?

— Пф-ф! — на этот раз она фыркнула особенно громко, демонстративно отвернувшись к стеллажам.

А библиотекарша тем временем закончила сверяться с документами и экраном терминала, прокашлялась, привлекая моё внимание, и сухо сообщила:

— Книги будут готовы через четверть часа. Можете подождать в читальном зале, ознакомиться с содержимым терминалов по желанию.

— Благодарю, — кивнул я и, взяв Эльзу под руку, отвёл её к ближайшему столу.

— Ты собирался что-то для себя взять, Лекс, — заметила она, устроившись на стуле и выудив из сумки планшет. — Пока есть время — иди, я найду, чем себя занять.

— Если что — зови, — спорить я не стал, по уже привычному маршруту пройдя к свободному терминалу.

Напичканная электроникой громадина пробудилась ото сна, отобразив на экране весь свой скромный функционал. Благо, система библиотеки, при всех её недостатках, хотя бы позволяла искать по ключевым словам — и это уже было немало.

Первые несколько запросов выдали груду литературы, но почти вся она оказалась или слишком общей, или посвящённой политическим последствиям катастрофы. Технологический и экономический аспекты опускались намеренно — места, откуда нужные сведения выкорчёвывались неизвестными цензорами, были видны невооружённым взглядом.

Главы из книг, просмотренных мною по диагонали, не рассматривали проблему эрикса фундаментально. Лучшее, что удалось найти — это таблицы, по которым предполагалось рассчитывать эриксовое напыление с учётом плотности компоновки схемы, её физических размеров, задействованных мощностей и ещё нескольких характеристик.

Книги в общем доступе отвечали на вопрос о том, «как заставить устройство работать». Давали, в общем-то, всё для того, чтобы можно было воплотить желаемое в жизнь… но о фундаментальной причине нестабильности — ни слова.

«Если такой момент вырезают и не пускают „в массы“ целенаправленно, то это знание должно быть или опасным, или пугающим. И оба варианта мне не нравятся одинаково сильно».

Главный пробел обнаружился там, где я и ожидал: на рубеже времён «до Катастрофы» — и «после Катастрофы». По довоенной электротехнике материалов было катастрофически мало. По ряду причин. Часть архивов была банально не оцифрована, часть утрачена в хаосе Войны всех со всеми, плюс самих этих изначальных знаний в те времена было не то, чтобы много.

Ну а современные работы по теме были поверхностными, хоть и позволяли обрести некоторую «практическую» квалификацию.