Мы благополучно отступаем в свои каюты. С учётом размеров воздушного судна, выходы в коридор располагаются всего в двух ярдах от люка, через который к нам проникли солдаты. Поэтому, старпому приходится сделать всего три шага, чтобы добраться до дверей. Начать он решает почему-то с моей. Распахнув, с довольной миной поворачивается к сержанту.

— Вот и первый пассажир. Мужской пол, имя Архос. Следует в Рэнх.

Взгляд на момент отрывается от военного, переместившись на моё лицо. Но что-то сказать и предупредить солдата, он уже не успевает. В этом, безусловно есть и доля вины сержанта — он спокойно двинулся вперёд, собираясь вломиться в каюту. И получил весьма горячий приём — кусочек свинца, который я вогнал ему прямо в середину лба.

Старпом, лицо которого отражает ужас, смешанный с диким удивлением, не знает, как реагировать на выстрел. И это его подводит — сразу две пули армейцев врезаются в корпус флотского офицера, сбивая того с ног.

Дверь каюты напротив распахивается и мы с Анхой почти синхронно выпускаем по пуле вслепую. Совсем рядом, кто-то истошно орёт. А в другой конец коридора уносится сразу несколько пуль. Судя по частым выстрелам, двое из проникших на борт военных могут продолжать бой. Либо показался тот рулевой, которого они оставили в шлюпке.

Ещё два «слепых» выстрела и я выглядываю, держа револьвер наготове. Из оставшейся троицы, жив только один. Зажимая рану в животе, ползёт к люку, отталкиваясь правой рукой, в которой ещё сжато оружие. Оглянувшись назад, видит меня и пытается развернуться, чтобы открыть огонь. Но первым получает пулю в голову. Отлично. Теперь остался только тот солдат, что в шлюпке. Конечно, если он там один.

Осторожно шагая вперёд, слышу голос военного.

— Что у вас там за рицерово дерьмо? Эй? Гарн? Тармон? Что там у вас?

Судя по тембру, парень изрядно растерян. А ещё напуган. Что в целом неудивительно.

Приблизившись к открытому люку, старательно имитирую хрипоту.

— Они убили сержанта. И остальных. Поднимись, мне нужна помощь. Пуля в ноге.

— Это ты, Гарн? Что у тебя с голосом?

Отвечает рулевой не слишком уверенно. Явно до конца не верит, что с ним общается сослуживец.

— Припечатался, когда падал. Прямо глоткой на ботинок. Вылезай, пока сюда остальные не явились. Я сам шлюпку всё равно не отцеплю — придётся тебе.

Возможно на солдата повлияла последняя фраза. А может он просто решил рискнуть. Но в любом случае внизу начинается шевеление. Потом в проёме люка показывается рука с револьвером. А следом и верхушка черепа. В макушку последнего, я собственно и вогнал пулю, заставив бойца рухнуть вниз. После чего поворачиваюсь назад.