Член обкома начальник УВД области поморщился, подумав — "И нахрена я в это влез? Даже если Брежнева и его окружение сбросят с Олимпа, мне должность министра МВД по любому не светит, если Николаев не войдет в число членов Политбюро. С таким трудом, рвав жилы, пахал по черному ради карьеры. Обидно будет все потерять. Жена глаза выцарапает, а обе дочери только поступили в московский университет. Их же отчислят за его прегрешения.

Второй секретарь задал вопрос — Кто возьмется за устранение этого гипнотизера?

Ельцин как школьник поднял руку — Я могу организовать несчастный случай на своем комбинате. Но как туда заманить этого гребаного гипнотизера. Может быть сбить его грузовиком. Ну отсидит водитель за пьяный наезд, зато его семья получит квартиру и неплохую сумму деньгами. Я найду такого человека и оплачу его услугу.

Рябов кивнул — Борис Николаевич останьтесь, а также попрошу остаться представителей силовых ведомств. Ельцин довольно улыбался — похоже его карьера пойдет в гору. Он уже давно мечтал стать секретарем Обкома, пусть даже для начала третьим. Вот уже полгода как он забрасывает анонимками ЦК, обвиняя первого секретаря Кировского райкома КПСС в прелюбодеянии, перечислив обоих его любовниц — секретаршу и заместителя начальника отдела горкома ВЛКСМ; в получении взяток. Ельцин понимал, что сейчас анонимки практически не рассматриваются, но указать свою фамилию в доносе опасался. Будучи директором стройкомбината, он мог распоряжаться и стройматериалами и строительными бригадами, потому и был в числе самых нужных людей области. Потерять все это в случае неудачи попытки свалить руководство райкома было смерти подобно.

Поэтому он рьяно выступал за строительство коммунизма, в душе ненавидя своих товарищей по партии — его отец, Николай Игнатьевич Ельцин был тоже строителем. В тридцать четвертом Николай был арестован вместе с братом Андрианом и ещё четырьмя рабочими по обвинению в том, что они «проводили систематически антисоветскую агитацию среди рабочих, ставя своей целью разложение рабочего класса и внедрение недовольства существующим правопорядком. Используя имеющиеся трудности в питании и снабжении, пытались создать нездоровые настроения, распространяя при этом провокационные слухи о войне и скорой гибели Советской власти. Вели агитацию против займа, активно выступали против помощи австрийским рабочим.» Отец был осуждён тройкой ОГПУ по Татарской АССР за антисоветскую пропаганду и агитацию к пребыванию в ИТЛ на срок три года. Их вместе с братом этапировали в Дмитлаг НКВД, где отбывал наказание на строительстве канала Москва-Волга, работал на общих и вспомогательных работах в Талдомском районе. Семью Ельциных — его жену Клавдию Васильевну и сына Бориса, выселенных из барака, приютила жена отбывавшего вместе с ним заключение врача из Казани.